Однажды ночью, когда дул свирепый ветер, в окна домов ударялись светлые мохнатые листки. Они долго колотились на стеклах окон, трепеща, словно живые. Они и были живыми, потому что ураган, разбушевавшийся в тайге, принес оттуда не листочки березы или осины, а несколько тысяч бабочек.
Маленькая девочка их, попросила отца впустить их в дом. Отец ответил, что эти мотыльки страшней пожара, так как их гусеницы - грозные враги, уничтожающие миллионы деревьев.
Пролетая над тайгой на самолете, можно увидеть почерневшие, потерявшие хвою кедры, сосны и лиственницы. Стоят они в зеленом лесном море мертвые, сухие, напоминая страшные коричневые кладбища. Беду принесла маленькая бабочка, кажущаяся совершенно безобидной.
Однажды ночью, когда дул свирепый ветер, в окна домов ударялись светлые мохнатые листки. Они долго колотились на стеклах окон, трепеща, словно живые. Они и были живыми, потому что ураган, разбушевавшийся в тайге, принес оттуда не листочки березы или осины, а несколько тысяч бабочек.
Маленькая девочка их, попросила отца впустить их в дом. Отец ответил, что эти мотыльки страшней пожара, так как их гусеницы - грозные враги, уничтожающие миллионы деревьев.
Пролетая над тайгой на самолете, можно увидеть почерневшие, потерявшие хвою кедры, сосны и лиственницы. Стоят они в зеленом лесном море мертвые, сухие, напоминая страшные коричневые кладбища. Беду принесла маленькая бабочка, кажущаяся совершенно безобидной.
ответ: шелкопряд