Каждое утро, выходя из своей спальни, я захожу в рабочий кабинет, где каждый из нас работает: мама пишет вечные отчеты, папа проверяет почту, сверяет какие-то данные, списывается с какими-то людьми, мы с братом делаем уроки. Я захожу в кабинет, чтобы поздороваться еще с одним членом нашей семьи. С кем? Вы не догадались? С компьютером! Я очень ласково с ним здороваюсь и бегу дальше по своим утренним делам. Я знаю, что после меня братишка тоже о чем-то шепчется с нашим общим другом. На стене в комнате висит расписание: мы четко знаем, кто, когда и во сколько встречается с ним и общается. Время строго ограничено: нас много, а он один, и мы все от него в чем-то зависим. Он, наверное, тоже нас любит, потому что никогда не обижается и не капризничает, работает как часы. И это здорово!
Каждое утро, выходя из своей спальни, я захожу в рабочий кабинет, где каждый из нас работает: мама пишет вечные отчеты, папа проверяет почту, сверяет какие-то данные, списывается с какими-то людьми, мы с братом делаем уроки. Я захожу в кабинет, чтобы поздороваться еще с одним членом нашей семьи. С кем? Вы не догадались? С компьютером! Я очень ласково с ним здороваюсь и бегу дальше по своим утренним делам. Я знаю, что после меня братишка тоже о чем-то шепчется с нашим общим другом. На стене в комнате висит расписание: мы четко знаем, кто, когда и во сколько встречается с ним и общается. Время строго ограничено: нас много, а он один, и мы все от него в чем-то зависим. Он, наверное, тоже нас любит, потому что никогда не обижается и не капризничает, работает как часы. И это здорово!