Выражение, возникшее на основе повести И. С. Тургенева “Дневник лишнего человека”, 1850 год.
“Лишними людьми” называли социально-психологический тип героев русской литературы 1-й половины 19 века. Название “лишний человек” вошло в употребление после “Дневника лишнего человека” И. С. Тургенева, но сам тип героя сложился раньше: Онегин (“Евгений Онегин”, 1823 – 1832 годы, А. С. Пушкина), Печорин (“Герой нашего времени”, 1840 год, М. Ю. Лермонтова), Бельтов (“Кто виноват?”! 1841 – 1846, А. И. Герцена). Сюда же относятся и герои И. С. Тургенева: Рудин (“Рудин”, 1856) и Лаврецкий (“Дворянское гнездо”, 1858 год). При всём внешнем различии “лишних людей” объединяло нечто общее: представители дворянских кругов, они были одиноки и чужды окружающей их среде, так как не могли примириться с действительностью и стояли выше её. Но для них характерна душевная усталость, глубокий скептицизм, разлад между словом и делом. Критически относясь к окружающей среде, “лишние люди” не сумели найти в жизни настоящего применения своим силам, знаниям, и поэтому их благородные устремления, мечты о будущем остались неосуществлёнными. “Лишними” они казались в самодержавно-крепостнической стране, но в истории русской общественной мысли, в истории духовного развития передовой интеллигенции эти герои сыграли прогрессивную роль.
“Лишними людьми” называли социально-психологический тип героев русской литературы 1-й половины 19 века. Название “лишний человек” вошло в употребление после “Дневника лишнего человека” И. С. Тургенева, но сам тип героя сложился раньше: Онегин (“Евгений Онегин”, 1823 – 1832 годы, А. С. Пушкина), Печорин (“Герой нашего времени”, 1840 год, М. Ю. Лермонтова), Бельтов (“Кто виноват?”! 1841 – 1846, А. И. Герцена). Сюда же относятся и герои И. С. Тургенева: Рудин (“Рудин”, 1856) и Лаврецкий (“Дворянское гнездо”, 1858 год). При всём внешнем различии “лишних людей” объединяло нечто общее: представители дворянских кругов, они были одиноки и чужды окружающей их среде, так как не могли примириться с действительностью и стояли выше её. Но для них характерна душевная усталость, глубокий скептицизм, разлад между словом и делом. Критически относясь к окружающей среде, “лишние люди” не сумели найти в жизни настоящего применения своим силам, знаниям, и поэтому их благородные устремления, мечты о будущем остались неосуществлёнными. “Лишними” они казались в самодержавно-крепостнической стране, но в истории русской общественной мысли, в истории духовного развития передовой интеллигенции эти герои сыграли прогрессивную роль.