Повествование от первого лица в художественном тексте с элементами разговорного стиля всегда воспринимается как свидетельство очевидца, чьи чувства и ощущения вызывают сопереживание читателя.
Например, эмоциональное состояние рассказчика, его волнение от разыгравшейся стихии передает восклицательное предложение 33, свойственное разговорному стилю («А снизу вдруг волна ка-а-ак ударит!»). Это какой же силы должен быть шторм, чтобы даже на вершине скалы человек почувствовал силу удара воды!
И в следующем предложении просторечное слово с оценочным значением «силища» и просторечная частица «аж» придают речи рассказчика оттенок легкого ужаса перед разбушевавшимся морем, и читателю понятны переживания героя.
Поэтому можно согласиться с филологом А.А. Кузнецовым, считавшим, что «изложение «от первого лица», употребление слов и оборотов разговорного характера дают автору возможность влиять на сознание и чувства читателя».
Например, эмоциональное состояние рассказчика, его волнение от разыгравшейся стихии передает восклицательное предложение 33, свойственное разговорному стилю («А снизу вдруг волна ка-а-ак ударит!»). Это какой же силы должен быть шторм, чтобы даже на вершине скалы человек почувствовал силу удара воды!
И в следующем предложении просторечное слово с оценочным значением «силища» и просторечная частица «аж» придают речи рассказчика оттенок легкого ужаса перед разбушевавшимся морем, и читателю понятны переживания героя.
Поэтому можно согласиться с филологом А.А. Кузнецовым, считавшим, что «изложение «от первого лица», употребление слов и оборотов разговорного характера дают автору возможность влиять на сознание и чувства читателя».