К утру дождь но небо ещё в тяжёлыйх серых течах, летевших с юга на север. По морю бегут сотни и тысячи испуганных дельфином рыб от преследования. Мама разложила на столе ароматной думящуюся картошку, кусочки пахучей разваренной рыбы. Запах горячего заваренного чая, чистая скатерть возвращали нас в свой родной дом. В глубоких дуплах старых лип гнездились сычи, перекликавшиеся по ночам страшными голосами. Прохожий не замечал ни лесов, ни озёр, заросшие кувшинками. Я всегда любил смотреть на облака, плывущие по небу
К утру дождь но небо ещё в тяжёлыйх серых течах, летевших с юга на север. По морю бегут сотни и тысячи испуганных дельфином рыб от преследования. Мама разложила на столе ароматной думящуюся картошку, кусочки пахучей разваренной рыбы. Запах горячего заваренного чая, чистая скатерть возвращали нас в свой родной дом. В глубоких дуплах старых лип гнездились сычи, перекликавшиеся по ночам страшными голосами. Прохожий не замечал ни лесов, ни озёр, заросшие кувшинками. Я всегда любил смотреть на облака, плывущие по небу