В доме учителя Николая Дмитриевича всю зиму жила уточка. Осенью её приволок с речки Покши кот. Уточка была ранена в крыло. Учитель лечил уточку, и скоро её крылышко зажило. Уточку назвали Утя. Учитель и Утя привыкли друг к другу.
Пришла весна. На реке появились полыньи. Уточка заволновалась. Она чаще стала взлетать, бегать, хлопать крыльями, проситься на волю.
Однажды учитель позвал Утю, посадил на ладонь, погладил по голове, шейке и спинке. Николай Дмитриевич чувствовал, что пришла разлука. Учитель вынес утку на волю. Махнул руками снизу вверх и сильно кинул.
Скоро уточка уже плавала в широкой полынье: то нырнёт, то вынырнет, то нырнёт, то вынырнет.
В доме учителя Николая Дмитриевича всю зиму жила уточка. Осенью её приволок с речки Покши кот. Уточка была ранена в крыло. Учитель лечил уточку, и скоро её крылышко зажило. Уточку назвали Утя. Учитель и Утя привыкли друг к другу.
Пришла весна. На реке появились полыньи. Уточка заволновалась. Она чаще стала взлетать, бегать, хлопать крыльями, проситься на волю.
Однажды учитель позвал Утю, посадил на ладонь, погладил по голове, шейке и спинке. Николай Дмитриевич чувствовал, что пришла разлука. Учитель вынес утку на волю. Махнул руками снизу вверх и сильно кинул.
Скоро уточка уже плавала в широкой полынье: то нырнёт, то вынырнет, то нырнёт, то вынырнет.
— Твоя весна пришла, Уточка! Живи теперь на воле!