Когда я возвращаюсь домой из долгой поездки, или после короткого отсутствия, необъяснимая волна смеси радости и грусти охватывает меня. В своих странствиях я часто забываю о доме в суете новых лиц и чрезмерного общения. Но когда возвращаюсь домой на поезде или автобусе, у меня обнаруживается странная потребность вспоминать и анализировать, а может и сравнивать дом с тем местом, где я отдыхала. Я сравниваю запахи дома, с его теплым душистым ароматом отцовского табака и маминых пирогов с тем местом, где отдыхала в Италии, понимаю: дом мне роднее и ближе.
Моя подруга Светка считает меня немного чокнутой. Она возвращается с пополневшим, сытым и недовольным лицом и когда на нее накатывают воспоминания об отдыхе, она всегда томно вздыхает: «Там лучше!»
По моим наблюдениям все люди делятся на тех, которые быстро привыкают к новым условиям жизни, и на тех, кто остается верен старым привычкам. Света относится к первым, ну а я ко вторым. Мой фетиш – это дом. С его нелепой мебелью, которую бабушка покупала еще в советских магазинах и разбросанными повсюду в беспорядке старыми игрушками, которые мама хранит как память о моем детстве.
Подъезжая к границе, у меня даже создается впечатление, что в мои легкие поступает совершенно другой воздух – чистый и полный благовония душистых васильков и пахучих ромашек. В этот момент я четко сознаю, что даже облезлая и старая береза на пограничном пункте – немое свидетельство того, что я возвращаюсь домой.
Когда я возвращаюсь домой из долгой поездки, или после короткого отсутствия, необъяснимая волна смеси радости и грусти охватывает меня. В своих странствиях я часто забываю о доме в суете новых лиц и чрезмерного общения. Но когда возвращаюсь домой на поезде или автобусе, у меня обнаруживается странная потребность вспоминать и анализировать, а может и сравнивать дом с тем местом, где я отдыхала. Я сравниваю запахи дома, с его теплым душистым ароматом отцовского табака и маминых пирогов с тем местом, где отдыхала в Италии, понимаю: дом мне роднее и ближе.
Моя подруга Светка считает меня немного чокнутой. Она возвращается с пополневшим, сытым и недовольным лицом и когда на нее накатывают воспоминания об отдыхе, она всегда томно вздыхает: «Там лучше!»
По моим наблюдениям все люди делятся на тех, которые быстро привыкают к новым условиям жизни, и на тех, кто остается верен старым привычкам. Света относится к первым, ну а я ко вторым. Мой фетиш – это дом. С его нелепой мебелью, которую бабушка покупала еще в советских магазинах и разбросанными повсюду в беспорядке старыми игрушками, которые мама хранит как память о моем детстве.
Подъезжая к границе, у меня даже создается впечатление, что в мои легкие поступает совершенно другой воздух – чистый и полный благовония душистых васильков и пахучих ромашек. В этот момент я четко сознаю, что даже облезлая и старая береза на пограничном пункте – немое свидетельство того, что я возвращаюсь домой.