Стояла холодная зима. Все мыши попрятались в свои норки. Белый заяц, греясь, скакал по лесу то в одну сторону, то в другую. Его спинка мелькала среди деревьев. Так заяц скакал долго, ведь мороз стоял большой. Никакая шубка не от мороза. Заяц в очередной раз попрыгал мимо старой, согнутой берёзы. Как вдруг впереди хрустнул сучок. Заяц давно уже ждал лису. Значит, рыжая плутовка уже появилась. Заяц быстро спрятался с той стороны берёзы, в какую дул ветер. Никакого запаха от зайца так не ощущалось. Лиса подбежала. Долго принюхивалась. Потом её хвост замелькал среди деревьев. Наконец, она побежала в сторону, где раньше бегал зайка. Косой ещё десять минут сидел за сугробом под берёзой. Он не верил в своё счастье. Он был Можно было вернуться в свою норку, лечь отдохнуть.
Стояла холодная зима. Все мыши попрятались в свои норки. Белый заяц, греясь, скакал по лесу то в одну сторону, то в другую. Его спинка мелькала среди деревьев. Так заяц скакал долго, ведь мороз стоял большой. Никакая шубка не от мороза. Заяц в очередной раз попрыгал мимо старой, согнутой берёзы. Как вдруг впереди хрустнул сучок. Заяц давно уже ждал лису. Значит, рыжая плутовка уже появилась. Заяц быстро спрятался с той стороны берёзы, в какую дул ветер. Никакого запаха от зайца так не ощущалось. Лиса подбежала. Долго принюхивалась. Потом её хвост замелькал среди деревьев. Наконец, она побежала в сторону, где раньше бегал зайка. Косой ещё десять минут сидел за сугробом под берёзой. Он не верил в своё счастье. Он был Можно было вернуться в свою норку, лечь отдохнуть.