Тысячи звуков родятся весною в ожившем лесу. Чудится шепот еще не проснувшейся земли. От пенька на пенек пробежала тоненько пикнувшая мышь. Прогудел стукнувшийся о березу и грузно упавший неповоротливый жук. Сидящий на неожившем дереве дятел пустил звонкую барабанную трель.
На макушке березы, покрывшейся дымом молодой листвы, громко кукует кукушка и вдруг неожиданно замолкает. Окруженный золотым сиянием солнца воркует голубь, а притаившийся в еловой чаще тихо попискивает рябчик.
На закате солнца страшно ухнет расхрабрившийся филин. Прокричит бесшумно пролетающая сова, а со всех сторон отзовутся ей празднующие весну зайцы. А в холодных лужах неустанно поют чему-то радующиеся лягушки.
Басом прогудит вылетевший из земного убежища шмель. И уж тянет свою песенку первый комар.
Тысячи звуков родятся весною в ожившем лесу. Чудится шепот еще не проснувшейся земли. От пенька на пенек пробежала тоненько пикнувшая мышь. Прогудел стукнувшийся о березу и грузно упавший неповоротливый жук. Сидящий на неожившем дереве дятел пустил звонкую барабанную трель.
На макушке березы, покрывшейся дымом молодой листвы, громко кукует кукушка и вдруг неожиданно замолкает. Окруженный золотым сиянием солнца воркует голубь, а притаившийся в еловой чаще тихо попискивает рябчик.
На закате солнца страшно ухнет расхрабрившийся филин. Прокричит бесшумно пролетающая сова, а со всех сторон отзовутся ей празднующие весну зайцы. А в холодных лужах неустанно поют чему-то радующиеся лягушки.
Басом прогудит вылетевший из земного убежища шмель. И уж тянет свою песенку первый комар.