это стих Вы найдете лилию На гербах городов, Если дарят лилию - Это больше слов! Символ благородства, Символ красоты, Уважают лилию Всей земли цветы! Оттого и Лилией Мы назвали дочь - Пусть имя ей Серость превозмочь это сочинение О лилии, кстати, сложилась даже своеобразная легенда. Рассказывают, будто она превратилась из чисто-белой в красную в ночь перед страданием на кресте. Когда рассказывает легенда, придавленный трудной доской, шел той ночью Гефсиманским садом, то все цветы склоняли перед ним свои головки в знак сочувствия и печали. Но лилия, светясь во тьме несравненной белизной, сказала, сознавая свою красоту: я настолько прекраснее всех моих других названных сестер, что буду стоять прямо на своем стебле и буду смотреть, когда Он будет идти мимо меня, лишь бы он мог, как следует, насладиться моей красотой и моим запахом. И в самом деле, остановился на минуту, возможно, даже, чтобы полюбоваться цветком, и когда страдальческий взгляд его при месячном свете упал на нее, то лилия, сравнив свою гордость с его смирением и видя, как все другие цветы склонили перед Ним в невыразимом горе свои головки, вдруг ощутила такой укор совести, что румянец пылкого стыда разлился по всем ее лепесткам,.. Этот румянец так и остался с ней навсегда.
Вы найдете лилию
На гербах городов,
Если дарят лилию -
Это больше слов!
Символ благородства,
Символ красоты,
Уважают лилию
Всей земли цветы!
Оттого и Лилией
Мы назвали дочь -
Пусть имя ей
Серость превозмочь
это сочинение
О лилии, кстати, сложилась даже своеобразная легенда. Рассказывают, будто она превратилась из чисто-белой в красную в ночь перед страданием на кресте. Когда рассказывает легенда, придавленный трудной доской, шел той ночью Гефсиманским садом, то все цветы склоняли перед ним свои головки в знак сочувствия и печали. Но лилия, светясь во тьме несравненной белизной, сказала, сознавая свою красоту: я настолько прекраснее всех моих других названных сестер, что буду стоять прямо на своем стебле и буду смотреть, когда Он будет идти мимо меня, лишь бы он мог, как следует, насладиться моей красотой и моим запахом. И в самом деле, остановился на минуту, возможно, даже, чтобы полюбоваться цветком, и когда страдальческий взгляд его при месячном свете упал на нее, то лилия, сравнив свою гордость с его смирением и видя, как все другие цветы склонили перед Ним в невыразимом горе свои головки, вдруг ощутила такой укор совести, что румянец пылкого стыда разлился по всем ее лепесткам,.. Этот румянец так и остался с ней навсегда.