Прозрачный лес один чернеет, и ель сквозь иней зеленеет, и речка подо льдом блестит Я звал тебя, но ты не оглянулась. В этот день мне нездоровилось немного, и потому я не стал дожидаться ужина и лёг спать. Сверкнула молния, и вслед за тем послышался резкий удар грома. Голодный волк в лесной глуши пронзительно стонал, да ветер бился и ревел, играя на реке. Слезы высохли у меня на глазах, сестрица тоже перестала плакать. Ни солнца мне не виден свет, ни для корней моих простору нет. Иль чума меня подцепит, иль мороз окостенит, иль мне в лоб шлагбаум влепит непроворный инвалид. То скрипнет дверь, то тихо отворится калитка, то сгорбленная фигура плетётся от дома к дому по огородам. Не то кому подали лошадей, не то кто новый приехал.
Прозрачный лес один чернеет, и ель сквозь иней зеленеет, и речка подо льдом блестит
Я звал тебя, но ты не оглянулась.
В этот день мне нездоровилось немного, и потому я не стал дожидаться ужина и лёг спать.
Сверкнула молния, и вслед за тем послышался резкий удар грома.
Голодный волк в лесной глуши пронзительно стонал, да ветер бился и ревел, играя на реке.
Слезы высохли у меня на глазах, сестрица тоже перестала плакать.
Ни солнца мне не виден свет, ни для корней моих простору нет.
Иль чума меня подцепит, иль мороз окостенит, иль мне в лоб шлагбаум влепит непроворный инвалид.
То скрипнет дверь, то тихо отворится калитка, то сгорбленная фигура плетётся от дома к дому по огородам.
Не то кому подали лошадей, не то кто новый приехал.