Добрая земля назём раз примет, да девять лет помнит.
Квас молодой, да налит девятой водой.
Всем по семь, хозяину восемь, хозяйке — девять, что ровно делит.
Девять человек — все равно, что десяток.
Уступив однажды, девять раз останешься в выигрыше.
Девятый месяц на свет нарождает.
Девять мышей вместе потянули – крышку с кадушки стянули.
Едем мы из деревни в Кремль девятый день.
Девятый вал роковой.
Девять дней, девять верст — как сокол летел.
У храбреца десять доблестей: одна — отвага, девять – ловкость.
Кушай, кума, девятую шанежку, я ведь не считаю.
На улице с лаптем, с девятериком — нам не до лаптей, не до девятериков.
Охотника девятая заря кормит.
Что хитро, то и просто: девятью десять девяносто.
Добрая земля назём раз примет, да девять лет помнит.
Квас молодой, да налит девятой водой.
Всем по семь, хозяину восемь, хозяйке — девять, что ровно делит.
Девять человек — все равно, что десяток.
Уступив однажды, девять раз останешься в выигрыше.
Девятый месяц на свет нарождает.
Девять мышей вместе потянули – крышку с кадушки стянули.
Едем мы из деревни в Кремль девятый день.
Девятый вал роковой.
Девять дней, девять верст — как сокол летел.
У храбреца десять доблестей: одна — отвага, девять – ловкость.
Кушай, кума, девятую шанежку, я ведь не считаю.
На улице с лаптем, с девятериком — нам не до лаптей, не до девятериков.
Охотника девятая заря кормит.
Что хитро, то и просто: девятью десять девяносто.