Встретились на вокзале два приятеля, учились когда-то вместе. Объятия, восклицания : - Порфирий! - Батюшки! Миша! Друг детства! Почти прослезились, стали беспорядочно вспоминать былое, потом добрались и до настоящего. Тонкий вдруг осознал, что его бывший приятель-однокашник, очень большой начальник. "Тонкий вдруг побледнел, окаменел, но скоро лицо его искривилось во все стороны широчайшей улыбкой..." Тут лучше Чехова не скажешь... Былая дружба и приятные воспоминания были забыты. Тонкий видел перед собой лишь высокопоставленную особу, которой было необходимо выказывать свое почтение и всячески угождать. Также поступали жена и сын тонкого. Толстый был очень разочарован и поспешил прервать разговор "Он отвернулся от тонкого и подал ему на прощанье руку. Тонкий три пальца, поклонился всем туловищем и захихикал, как китаец..." Вот, собственно, и все!.
Объятия, восклицания :
- Порфирий!
- Батюшки! Миша! Друг детства!
Почти прослезились, стали беспорядочно вспоминать былое, потом добрались и до настоящего. Тонкий вдруг осознал, что его бывший приятель-однокашник, очень большой начальник.
"Тонкий вдруг побледнел, окаменел, но скоро лицо его искривилось во все стороны широчайшей улыбкой..." Тут лучше Чехова не скажешь...
Былая дружба и приятные воспоминания были забыты. Тонкий видел перед собой лишь высокопоставленную особу, которой было необходимо выказывать свое почтение и всячески угождать. Также поступали жена и сын тонкого. Толстый был очень разочарован и поспешил прервать разговор
"Он отвернулся от тонкого и подал ему на прощанье руку.
Тонкий три пальца, поклонился всем туловищем и захихикал, как китаец..."
Вот, собственно, и все!.