«Снедь московская. Хлебы», голодным смотреть запрещается – такое предупреждение должно предварять взгляд на картину. На овальном темно-красном столе изобилие различных хлебобулочных изделий, провоцирующее желание немедленно протянуть руку и взять с верхней полки огромный крендель, второй рукой – мягкую булочку внизу отломить, третью запустить в баранки, четвертой потянуться за посыпанным сахарной пудрой кексом… В общем, рук желательно иметь много. Здесь и темный подовый хлеб, и румяная хала, и сухарики, и пирожные, и ромовые бабы, и батон, и каравай. Сложно не ощутить ароматы свежеиспеченного хлеба, глядя на московские «хлебы».
«Снедь московская. Хлебы», голодным смотреть запрещается – такое предупреждение должно предварять взгляд на картину. На овальном темно-красном столе изобилие различных хлебобулочных изделий, провоцирующее желание немедленно протянуть руку и взять с верхней полки огромный крендель, второй рукой – мягкую булочку внизу отломить, третью запустить в баранки, четвертой потянуться за посыпанным сахарной пудрой кексом… В общем, рук желательно иметь много. Здесь и темный подовый хлеб, и румяная хала, и сухарики, и пирожные, и ромовые бабы, и батон, и каравай. Сложно не ощутить ароматы свежеиспеченного хлеба, глядя на московские «хлебы».
Объяснение:
«хлебы».