В народном искусстве орнаменты являются не просто украшением. Все знаки имели определённое значение, и в этом смысле были идеограммами, своеобразным рисунчатым письмом, но письмо это было не простое, а священное и предназначалось оно в первую очередь не людям, а тем высшим силам, от которых люди зависели, и потому значение орнамента было в первую очередь магическое. Орнамент – это заклинание, но не словесное, которое действует лишь временно, а нарисованное, и потому действуещее постоянно.
Следствием магической функции орнамента явилось то, что знаки, признанные священными, приобрели небывалую устойчивость, демонстрируя глубину народной памяти, обращенную в тысячелетия, как это будет показано далее. Расшифровка рисунков, значение которых давно забылось, невозможно без широкого сравнительного исторического и этнографического анализа.
Первое, с чего мы начнём, это с рассмотрения семантики цвета. Устойчивые ассоциации, вызываемые тем или иным цветом, дошли практически до нашего времени и косвенно объясняются физиологией человеческого мозга.
В народном искусстве орнаменты являются не просто украшением. Все знаки имели определённое значение, и в этом смысле были идеограммами, своеобразным рисунчатым письмом, но письмо это было не простое, а священное и предназначалось оно в первую очередь не людям, а тем высшим силам, от которых люди зависели, и потому значение орнамента было в первую очередь магическое. Орнамент – это заклинание, но не словесное, которое действует лишь временно, а нарисованное, и потому действуещее постоянно.
Следствием магической функции орнамента явилось то, что знаки, признанные священными, приобрели небывалую устойчивость, демонстрируя глубину народной памяти, обращенную в тысячелетия, как это будет показано далее. Расшифровка рисунков, значение которых давно забылось, невозможно без широкого сравнительного исторического и этнографического анализа.
Первое, с чего мы начнём, это с рассмотрения семантики цвета. Устойчивые ассоциации, вызываемые тем или иным цветом, дошли практически до нашего времени и косвенно объясняются физиологией человеческого мозга.