Ещё вчера этот город казался чумазым, неуютным и грязным. Он словно был нарисован грубыми серыми мазками. Ночью бушевала буря, вместе с ветром с города слетела вся грязь и копоть. А с рассветом он стал совсем другим - нарядным, белым и пушистым. Узорчатые и легкие снежинки искрятся, кружатся, танцуют в морозном воздухе. На город медленно и величественно опускается сама красавица-зима в своем белоснежном уборе. Дома нахлобучили белые шапки. Жемчугами украсилась старая береза во дворе. Безлюдная сонная улица повеселела, её разбудили смех и веселье детей, выскочивших из своих душных квартир на свежий, морозный, пахнущий свежим арбузом воздух. Не тратя времени на одевание выбежали они на улицу, и теперь скачут в своем безудержном веселье. Из своего окна на них смотрит художник. Для художника снег имеет свой цвет: он вовсе не белый, он местами голубой, местами - розовый, а где-то серый. Вот и мы взглянули на мир глазами художника.
Ещё вчера этот город казался чумазым, неуютным и грязным. Он словно был нарисован грубыми серыми мазками. Ночью бушевала буря, вместе с ветром с города слетела вся грязь и копоть. А с рассветом он стал совсем другим - нарядным, белым и пушистым. Узорчатые и легкие снежинки искрятся, кружатся, танцуют в морозном воздухе. На город медленно и величественно опускается сама красавица-зима в своем белоснежном уборе. Дома нахлобучили белые шапки. Жемчугами украсилась старая береза во дворе. Безлюдная сонная улица повеселела, её разбудили смех и веселье детей, выскочивших из своих душных квартир на свежий, морозный, пахнущий свежим арбузом воздух. Не тратя времени на одевание выбежали они на улицу, и теперь скачут в своем безудержном веселье. Из своего окна на них смотрит художник. Для художника снег имеет свой цвет: он вовсе не белый, он местами голубой, местами - розовый, а где-то серый. Вот и мы взглянули на мир глазами художника.