В конце 40-х годов на страницах журнала «Современник» были опубликованы два замечательных произведения Герцена, проникнутых тем же могуществом мысли, что и его роман «Кто виноват?». В основу повести «Сорока-воровка» был положен действительный случай, сообщенный писателю великим русским актером М. С. Щепкиным. Рассказ о трагической судьбе талантливой крепостной актрисы стал обобщением большой художественной силы. В споре со славянофильскими и западническими взглядами относительно роли и положения русской женщины (этой полемике посвящено вступление к повести) Герцен выражал демократическую уверенность в творческих силах народа.
В характере крепостной крестьянки Герцен, как и другие участники «натуральной школы» и прежде всего Некрасов, подчеркивает возможность самостоятельного умственного развития, незаурядные к художественному творчеству, что совершенно несовместимо с ее рабским положением. Повесть, сочетающая публицистическое и художественное начала (что вообще характерно для писательской манеры Герцена), представляет своеобразный «рассказ в рассказе». Такая композиция позволяла включить конкретный жизненный случай в общий контекст идейных споров 40-х годов о народе, положении женщины, судьбах русского искусства, в конечном счете — о крепостничестве, губящем все лучшее, светлое и талантливое в русском народе.
В конце 40-х годов на страницах журнала «Современник» были опубликованы два замечательных произведения Герцена, проникнутых тем же могуществом мысли, что и его роман «Кто виноват?». В основу повести «Сорока-воровка» был положен действительный случай, сообщенный писателю великим русским актером М. С. Щепкиным. Рассказ о трагической судьбе талантливой крепостной актрисы стал обобщением большой художественной силы. В споре со славянофильскими и западническими взглядами относительно роли и положения русской женщины (этой полемике посвящено вступление к повести) Герцен выражал демократическую уверенность в творческих силах народа.
В характере крепостной крестьянки Герцен, как и другие участники «натуральной школы» и прежде всего Некрасов, подчеркивает возможность самостоятельного умственного развития, незаурядные к художественному творчеству, что совершенно несовместимо с ее рабским положением. Повесть, сочетающая публицистическое и художественное начала (что вообще характерно для писательской манеры Герцена), представляет своеобразный «рассказ в рассказе». Такая композиция позволяла включить конкретный жизненный случай в общий контекст идейных споров 40-х годов о народе, положении женщины, судьбах русского искусства, в конечном счете — о крепостничестве, губящем все лучшее, светлое и талантливое в русском народе.