Особенная тревога овладевшая мною, когда подходила осень. Я люблю её, холодную и скромную, с первыми инеями, ковыльной сединой трав и тоненькими голосами синиц.
-Вот и осень на порог говорила бабушка, поглядывая в нахолодившие к утру, потное окно, на сизые крыши.
Особенно меня радует золотая осень, когда каждое растение становится ювелирным изделием. Когда лавина красок ложится на бескрайние просторы России. Леса и поля превращаются в сказочные места, где каждый листочек, каждый кустик имеет свою палитру ярких цветов.
Солнечные дни радует глаз. Плавно летающие паутинки, словно продолжение солнечных лучей, опутывают деревья и дома. На еще зеленой траве застыли вчерашние капли дождя, переливающиеся как бриллианты. Природа спокойна. Нет никаких резких движений. Ни ветерка. Лишь изредка с дерева упадут два-три листочка- и снова покой. Но вот по небу плыли облака и поднялся озорной ветер. Он срывал наряды с деревьев и кружил их в разноцветном вихре. Красный, бардовый, золотой, - все это мелькало перед глазами, а потом ложились на землю лоскутными одеялами
Особенная тревога овладевшая мною, когда подходила осень. Я люблю её, холодную и скромную, с первыми инеями, ковыльной сединой трав и тоненькими голосами синиц.
-Вот и осень на порог говорила бабушка, поглядывая в нахолодившие к утру, потное окно, на сизые крыши.
Особенно меня радует золотая осень, когда каждое растение становится ювелирным изделием. Когда лавина красок ложится на бескрайние просторы России. Леса и поля превращаются в сказочные места, где каждый листочек, каждый кустик имеет свою палитру ярких цветов.
Солнечные дни радует глаз. Плавно летающие паутинки, словно продолжение солнечных лучей, опутывают деревья и дома. На еще зеленой траве застыли вчерашние капли дождя, переливающиеся как бриллианты. Природа спокойна. Нет никаких резких движений. Ни ветерка. Лишь изредка с дерева упадут два-три листочка- и снова покой. Но вот по небу плыли облака и поднялся озорной ветер. Он срывал наряды с деревьев и кружил их в разноцветном вихре. Красный, бардовый, золотой, - все это мелькало перед глазами, а потом ложились на землю лоскутными одеялами
Осень прекрасна!