В лесу. Мы продвигаемся медле(н,нн) поперёк лесной речонки. Мне (не)много жутко, так как я (ни,не)чего, даже воды (не)вижу, но я всё же (ни,не)чем (не)выдаю своего страха. Наконец мы выходим на упругий песча(н,нн)ый берег, неподалёку от (не)большой полянки. Только теперь замечаю, что ночь (не)сколько посветлела.
От земли поднимается туман. На его седом фоне (не)ясно вырисовываются ближайшие сосны. В из (не)подвижности среди (не,не) кем (не) нарушаемой тишины чувствуется что(то) суровое… Я (не) знаю, много ли проходит времени. Внезапно мой слух поражается странными звуками, так что я (не)вольно вздрагиваю от (не)ожиданности. Что бы это могло быть? Я (ни,не)как (не) могу определить, ни что это за звуки, ни откуда они несутся: справа, слева, сзади, спереди. Они торопятся, будто вторя друг другу, и лес (не)медленно откликается на них звонким и чистым отзвуком. «Это журавли(н,нн)ые стаи начали свою утре(н,нн)юю перекличку»,- шёпотом говорит мне мой спутник.
Стихло. Всё вновь погружается в прежнюю (не,ни)чем (не)возмутимую тишину. Как я ни прислушивался.(не,ни)чего (не) мог различить, кроме (не)прерывного глухого шума.
В лесу.
Мы продвигаемся медленно поперек лесной речонки . Мне немного жутко , так как я ничего , даже воды не вижу ,но я все же ничем не выдаю своего страха . Наконец мы выходим на упругий песчаный берег, неподалёку от небольшой полянки. Только теперь замечаю, что ночь несколько посветлела.
От земли поднимается туман. На его седом фоне неясно вырисовываются ближайшие сосны. В из неподвижности среди никем не нарушаемой тишины чувствуется что-то суровое… Я не знаю, много ли проходит времени. Внезапно мой слух поражается странными звуками, так что я невольно вздрагиваю от неожиданности. Что бы это могло быть? Я никак не могу определить, ни что это за звуки, ни откуда они несутся: справа, слева, сзади, спереди. Они торопятся, будто вторя друг другу, и лес немедленно откликается на них звонким и чистым отзвуком. «Это журавлиные стаи начали свою утреннюю перекличку»,- шёпотом говорит мне мой спутник.
Стихло. Всё вновь погружается в прежнюю ничем невозмутимую тишину. Как я ни прислушивался , ничего не мог различить, кроме непрерывного глухого шума.