Со времени правления Чингисхана уже более семи столетий, но в мировой науке до сих пор нет единой оценки его личности. А писать портрет деятеля такого масштаба, каким являлся этот легендарный монгол, только черной или белой краской невозможно.
Как известно, и поныне его имя, как правило, сопровождается многими громкими титулами – Великий завоеватель, Потрясатель Вселенной, Владыка мира, Великий монгол. Восхождение Чингисхана на вершины власти поражает своей стремительностью, целенаправленностью и упорством, а пройденный им жизненный путь, без преувеличения, можно назвать феноменальным. В истории вряд ли еще можно найти пример того, как простой скотовод, занимавшийся прежде только охотой и уходом за животными, сокрушил бы десятки армий и государств, как неграмотный кочевник, никогда не видавший города и далекий от основ цивилизации, создал бы законы для пятидесяти народов. Недаром известный востоковед Гарольд Лэм, характеризуя империю Чингисхана, писал: «Эта империя, как бы волшебством вызванная из ничего, ставила в тупик историков… Мы не можем мерить его меркой нынешней цивилизации».
Со времени правления Чингисхана уже более семи столетий, но в мировой науке до сих пор нет единой оценки его личности. А писать портрет деятеля такого масштаба, каким являлся этот легендарный монгол, только черной или белой краской невозможно.
Как известно, и поныне его имя, как правило, сопровождается многими громкими титулами – Великий завоеватель, Потрясатель Вселенной, Владыка мира, Великий монгол. Восхождение Чингисхана на вершины власти поражает своей стремительностью, целенаправленностью и упорством, а пройденный им жизненный путь, без преувеличения, можно назвать феноменальным. В истории вряд ли еще можно найти пример того, как простой скотовод, занимавшийся прежде только охотой и уходом за животными, сокрушил бы десятки армий и государств, как неграмотный кочевник, никогда не видавший города и далекий от основ цивилизации, создал бы законы для пятидесяти народов. Недаром известный востоковед Гарольд Лэм, характеризуя империю Чингисхана, писал: «Эта империя, как бы волшебством вызванная из ничего, ставила в тупик историков… Мы не можем мерить его меркой нынешней цивилизации».