Однажды Стивенсон начертил для своего пасынка Ллойда карту. Она была прекрасно раскрашена, на ней были указаны широты и долготы, обозначены заливы, бухты. Изгибы берега придуманного им острова увлекли воображение Стивенсона, перенесли его на клочок земли, затерянной в океане. Cтивенсон, оказавшийся во власти вымысла, очарованный бухточками, нанесёнными им на карте, написал их названия. Бросив задумчивый взгляд на очертания острова, напоминавшего по контурам дракона, он увидел среди придуманных им бухт, холмов героев своей будущей книги.
Вначале Стивенсон и не помышлял о создании книги, рассчитанной на массового читателя. Рукопись предназначалась для чтения Ллойду. Мальчик был в восторге от затеи отчима, решившего сочинить историю о плавании на шхуне в поисках сокровищ, зарытых пиратами. С неослабевающим вниманием слушал он рассказ о путешествии по острову, рождённому фантазией Стивенсона. (По Р.С. Белоусову.)
Однажды Стивенсон начертил для своего пасынка Ллойда карту. Она была прекрасно раскрашена, на ней были указаны широты и долготы, обозначены заливы, бухты. Изгибы берега придуманного им острова увлекли воображение Стивенсона, перенесли его на клочок земли, затерянной в океане. Cтивенсон, оказавшийся во власти вымысла, очарованный бухточками, нанесёнными им на карте, написал их названия. Бросив задумчивый взгляд на очертания острова, напоминавшего по контурам дракона, он увидел среди придуманных им бухт, холмов героев своей будущей книги.
Вначале Стивенсон и не помышлял о создании книги, рассчитанной на массового читателя. Рукопись предназначалась для чтения Ллойду. Мальчик был в восторге от затеи отчима, решившего сочинить историю о плавании на шхуне в поисках сокровищ, зарытых пиратами. С неослабевающим вниманием слушал он рассказ о путешествии по острову, рождённому фантазией Стивенсона. (По Р.С. Белоусову.)