Портрет Ломоносова всем знаком с детства. Мало кто знает, что такое знакомое изображение ученого имеет несколько интерпретаций и порой очень трудно различить руку мастеров. Среди множества работ немалый интерес искусствоведов вызывает гравюрный портрет Ломоносова, написанный М. Шрейером по рисунку его коллеги и учителя Х. Шульце. Композиция работы мало чем отличается от оной у Фессара, но при этом можно заметить, что Шрейер вносит ряд интересных деталей. Ученый не держит обе руки на столе, а сидит в открытой позе, обнажая свою грудь в по-домашнему неряшливо надетом кафтане. В одной руке Михаил Васильевич держит записи, а в другой перо. Его выражение лица выдает крайнюю задумчивость, но при этом можно уловить нотки энтузиазма во взгляде. Перед зрителем предстает портрет Ломоносова, который занят мыслительным процессом и при этом старается все тщательно зафиксировать на бумаге. Открытые перед ним книги лежат в рабочей небрежности.
Портрет Ломоносова всем знаком с детства. Мало кто знает, что такое знакомое изображение ученого имеет несколько интерпретаций и порой очень трудно различить руку мастеров. Среди множества работ немалый интерес искусствоведов вызывает гравюрный портрет Ломоносова, написанный М. Шрейером по рисунку его коллеги и учителя Х. Шульце. Композиция работы мало чем отличается от оной у Фессара, но при этом можно заметить, что Шрейер вносит ряд интересных деталей. Ученый не держит обе руки на столе, а сидит в открытой позе, обнажая свою грудь в по-домашнему неряшливо надетом кафтане. В одной руке Михаил Васильевич держит записи, а в другой перо. Его выражение лица выдает крайнюю задумчивость, но при этом можно уловить нотки энтузиазма во взгляде. Перед зрителем предстает портрет Ломоносова, который занят мыслительным процессом и при этом старается все тщательно зафиксировать на бумаге. Открытые перед ним книги лежат в рабочей небрежности.