Нет ничего более поучительного и радостного, чем погружение себя в общество людей совершенно иной расы, которую уважаешь, которой сочувствуешь, которой гордишься. Жизненное наполнение армян, их благородная трудовая кость, прекрасная фамильярность с миром реальных вещей - все это говорило мне: ты бодрствуешь, не бойся своего времени, не лукавь. Не оттого ли, что я находился в среде народа, прославленного своей кипучей деятельностью и живущего не по вокзальным и не по учрежденческим, а по солнечным часам, какие я видел на развалинах Звартноца (По О. Мандельштаму).
Нет ничего более поучительного и радостного, чем погружение себя в общество людей совершенно иной расы, которую уважаешь, которой сочувствуешь, которой гордишься. Жизненное наполнение армян, их благородная трудовая кость, прекрасная фамильярность с миром реальных вещей - все это говорило мне: ты бодрствуешь, не бойся своего времени, не лукавь. Не оттого ли, что я находился в среде народа, прославленного своей кипучей деятельностью и живущего не по вокзальным и не по учрежденческим, а по солнечным часам, какие я видел на развалинах Звартноца (По О. Мандельштаму).
Объяснение:
Надеюсь