Ему казалось в эти дни, что у нее должно быть какое-нибудь необыкновенное, звучное имя.
Итак, летние ночи посвящались мечтательности.
Река сплошь была занесена плавником, и, следовательно, всюду можно было свободно перейти с одного берега на другой.
К сожалению, в наших лесах барсуков теперь почти не стало.
Впереди были люди ,а следовательно, бояться мне было нечего.
До речки было недалеко, и, по их расчёту, Ваня должен был воротиться самое большее через час.
Допевают свои весенние песни соловьи, еще сохранились в затишных местах одуванчики, и, может быть, где-нибудь в сырости черной тени белеет ландыш.
На востоке звезды становились реже и, казалось, расплывались в усиливавшемся свете.
Итак, весьма естественно, что я очень обрадовался, когда стали поговаривать об отъезде.
Ночью, наконец, хлынул дождь.
Ему казалось в эти дни, что у нее должно быть какое-нибудь необыкновенное, звучное имя.
Итак, летние ночи посвящались мечтательности.
Река сплошь была занесена плавником, и, следовательно, всюду можно было свободно перейти с одного берега на другой.
К сожалению, в наших лесах барсуков теперь почти не стало.
Впереди были люди ,а следовательно, бояться мне было нечего.
До речки было недалеко, и, по их расчёту, Ваня должен был воротиться самое большее через час.
Допевают свои весенние песни соловьи, еще сохранились в затишных местах одуванчики, и, может быть, где-нибудь в сырости черной тени белеет ландыш.
На востоке звезды становились реже и, казалось, расплывались в усиливавшемся свете.
Итак, весьма естественно, что я очень обрадовался, когда стали поговаривать об отъезде.
Ночью, наконец, хлынул дождь.