Хенрик Глембоцкий (Henryk Głębocki): В моей оценке, естественно, отразится польский опыт взаимоотношений с Российской империей. Долгое время фигуру Николая II рассматривали через призму революционной катастрофы его страны, то есть в негативном свете. В этом контексте часто цитировались записи из «Дневника царя Николая II», который издали в Польше еще перед Второй мировой войной, чтобы проиллюстрировать распространенное мнение об ограниченных умственных этого правителя, его слабохарактерности и узости мышления.
Следует, однако, отметить, что в то время ведение дневника было для наследника престола или члена царствующего дома элементом образования. Примером может послужить дневник Александра II, деда Николая II, который он вел с самого детства. В этом документе отчетливо видно, как он оттачивал свои языковые и учился умственной дисциплине. Поэтому мы видим записи, посвященные незначительным вещам: погоде, очередным встречам, парадам и так далее. За четверть века работы в российских и постсоветских архивах я видел немало такого рода дневников. В похожем духе вел свои записи Николай II. Однако в 1917 году царь чувствовал, что грядет трагедия.
Хенрик Глембоцкий (Henryk Głębocki): В моей оценке, естественно, отразится польский опыт взаимоотношений с Российской империей. Долгое время фигуру Николая II рассматривали через призму революционной катастрофы его страны, то есть в негативном свете. В этом контексте часто цитировались записи из «Дневника царя Николая II», который издали в Польше еще перед Второй мировой войной, чтобы проиллюстрировать распространенное мнение об ограниченных умственных этого правителя, его слабохарактерности и узости мышления.
Следует, однако, отметить, что в то время ведение дневника было для наследника престола или члена царствующего дома элементом образования. Примером может послужить дневник Александра II, деда Николая II, который он вел с самого детства. В этом документе отчетливо видно, как он оттачивал свои языковые и учился умственной дисциплине. Поэтому мы видим записи, посвященные незначительным вещам: погоде, очередным встречам, парадам и так далее. За четверть века работы в российских и постсоветских архивах я видел немало такого рода дневников. В похожем духе вел свои записи Николай II. Однако в 1917 году царь чувствовал, что грядет трагедия.