Со времен господства классической политэкономии кризисы рассматривались, как состояние перепроизводства товаров. Кризисы перепроизводства, как характерные экономические явления, поражали систему весь 19 и начало 20 века. Однако, вместе с замещением ценностной природы денег на кредитную и развитием мощных рынков капитала, перепроизводство из реального экономического сектора стало также характерно и для финансов. Более того, финансовые инструменты оказались менее управляемы, чем объекты реального сектора, и к тому же опасны. Например, в США этот кризис, вызванный избыточным появлением необеспеченных вторичных бумаг, привел к потере вложений пенсионных фондов, а это средства социальной защиты граждан. Не случайно руководители ФРС стали склоняться к мысли о национализации финансовых структур страны. Для США, базирующихся на экономическом либерализме, эта идея почти революционная. Таким образом, если кратко, я отличаю экономическую и финансовую природу кризисов.
Со времен господства классической политэкономии кризисы рассматривались, как состояние перепроизводства товаров. Кризисы перепроизводства, как характерные экономические явления, поражали систему весь 19 и начало 20 века. Однако, вместе с замещением ценностной природы денег на кредитную и развитием мощных рынков капитала, перепроизводство из реального экономического сектора стало также характерно и для финансов. Более того, финансовые инструменты оказались менее управляемы, чем объекты реального сектора, и к тому же опасны. Например, в США этот кризис, вызванный избыточным появлением необеспеченных вторичных бумаг, привел к потере вложений пенсионных фондов, а это средства социальной защиты граждан. Не случайно руководители ФРС стали склоняться к мысли о национализации финансовых структур страны. Для США, базирующихся на экономическом либерализме, эта идея почти революционная. Таким образом, если кратко, я отличаю экономическую и финансовую природу кризисов.