Эта прелюдия очень эмоциональная. Это одно из самых красивых произведений С. Рахманинова. Едва ли можно ошибиться в том, что именно выразил в этой пьесе композитор: это, несомненно, зимние русские просторы, по которым мчатся сани со звенящими бубенцами. Образ пьесы столь очевиден, что эту музыку можно было бы назвать буквально «кинематографической»: мы словно видим, как вдалеке на фоне белого заснеженного пейзажа появилась темная точку, она приближается… И вот, уже различим в санях ездока, угадываем его настроение, взволнованное состояние. Это не праздничный кортеж – это какая-то одинокая душа – страстная, мятежная, романтичная – затерявшаяся в заснеженных русских просторах. Куда она стремится? К кому?.. Музыка вызывает массу чувств, передает множество оттенков. В кульминации мы слышим и восторг, и отчаяние. Этот порыв сменяется страстной мольбой. Героя не оставляет надежда. Средняя – бурная - часть рисует скорее драму, нежели триумф. Постепенно волнение утихает, фразе, состоящей из двузвучных нисходящих «мотивов вздоха» (чувство горечи, тоски), отвечает фраза, в основе которой восходящий «мотив надежды».
Эта прелюдия очень эмоциональная. Это одно из самых красивых произведений С. Рахманинова. Едва ли можно ошибиться в том, что именно выразил в этой пьесе композитор: это, несомненно, зимние русские просторы, по которым мчатся сани со звенящими бубенцами. Образ пьесы столь очевиден, что эту музыку можно было бы назвать буквально «кинематографической»: мы словно видим, как вдалеке на фоне белого заснеженного пейзажа появилась темная точку, она приближается… И вот, уже различим в санях ездока, угадываем его настроение, взволнованное состояние. Это не праздничный кортеж – это какая-то одинокая душа – страстная, мятежная, романтичная – затерявшаяся в заснеженных русских просторах. Куда она стремится? К кому?.. Музыка вызывает массу чувств, передает множество оттенков. В кульминации мы слышим и восторг, и отчаяние. Этот порыв сменяется страстной мольбой. Героя не оставляет надежда. Средняя – бурная - часть рисует скорее драму, нежели триумф. Постепенно волнение утихает, фразе, состоящей из двузвучных нисходящих «мотивов вздоха» (чувство горечи, тоски), отвечает фраза, в основе которой восходящий «мотив надежды».