Скрудж из литературной повести "Рождественская песнь в прозе" не любил Рождество потому что, по словам племянника Скруджа, да и по мнению автора, это " радостные дни - дни милосердия, доброты, всепрощения. Это единственные дни во всем календаре, когда люди, словно по
молчаливому согласию, свободно раскрывают друг другу сердца и видят в своих ближних, - даже в неимущих и обездоленных, - таких же людей, как они сами, бредущих одной с ними дорогой к могиле, а не каких-то существ иной породы, которым подобает идти другим путем. "
Скруджу же такие чувства совершенно неведомы. Автор называет его «сквалыгой», «старым греховодником»: «Вот уж кто умел выжимать соки, вытягивать жилы, вколачивать в гроб, заграбастывать, вымогать». Скруджу кажется, что Святки люди придумали для того, чтобы лишний раз побездельничать. Поэтому ему только и остаётся, что злобно ворчать: «я бы такого олуха, который
бегает и кричит: "Веселые святки! Веселые святки!" - сварил бы живьем вместе с начинкой для святочного пудинга, а в могилу ему вогнал кол из остролиста»
Скрудж из литературной повести "Рождественская песнь в прозе" не любил Рождество потому что, по словам племянника Скруджа, да и по мнению автора, это " радостные дни - дни милосердия, доброты, всепрощения. Это единственные дни во всем календаре, когда люди, словно по
молчаливому согласию, свободно раскрывают друг другу сердца и видят в своих ближних, - даже в неимущих и обездоленных, - таких же людей, как они сами, бредущих одной с ними дорогой к могиле, а не каких-то существ иной породы, которым подобает идти другим путем. "
Скруджу же такие чувства совершенно неведомы. Автор называет его «сквалыгой», «старым греховодником»: «Вот уж кто умел выжимать соки, вытягивать жилы, вколачивать в гроб, заграбастывать, вымогать». Скруджу кажется, что Святки люди придумали для того, чтобы лишний раз побездельничать. Поэтому ему только и остаётся, что злобно ворчать: «я бы такого олуха, который
бегает и кричит: "Веселые святки! Веселые святки!" - сварил бы живьем вместе с начинкой для святочного пудинга, а в могилу ему вогнал кол из остролиста»
Вот так-то.