Вот именно так говорил И.С.Тургенев: «Мне нечем помянуть моего детства, — говорил много лет спустя Тургенев. — Ни одного светлого воспоминания. Матери я боялся как огня. Меня наказывали за всякий пустяк — одним словом, муштровали как рекрута. Редкий день проходил без розог, когда я отваживался спросить, за что меня наказывали, мать категорически заявляла: „Тебе об этом лучше знать, догадайся"».
Он так говорил, потому что он боялся своей матери, та постоянно наказывала его, можно сказать, что она его не уважала как своего ребенка. Редко было, когда его за день ни разу не наказывали.
Вот именно так говорил И.С.Тургенев: «Мне нечем помянуть моего детства, — говорил много лет спустя Тургенев. — Ни одного светлого воспоминания. Матери я боялся как огня. Меня наказывали за всякий пустяк — одним словом, муштровали как рекрута. Редкий день проходил без розог, когда я отваживался спросить, за что меня наказывали, мать категорически заявляла: „Тебе об этом лучше знать, догадайся"».
Он так говорил, потому что он боялся своей матери, та постоянно наказывала его, можно сказать, что она его не уважала как своего ребенка. Редко было, когда его за день ни разу не наказывали.