В июле я охотился за тетеревами в Чернском уезде Тульской губернии. Домой я возвращался под вечер и вместо знакомых мест набрёл на узкую долину, напротив которой стеной возвышался частый осинник. Пройдя вдоль осинника, я оказался в котлообразной лощине с пологими боками. На дне её торчало стоймя несколько больших белых камней — казалось, они сползлись туда для тайного совещания. В долине было так глухо и уныло, что сердце у меня сжалось.
В июле я охотился за тетеревами в Чернском уезде Тульской губернии. Домой я возвращался под вечер и вместо знакомых мест набрёл на узкую долину, напротив которой стеной возвышался частый осинник. Пройдя вдоль осинника, я оказался в котлообразной лощине с пологими боками. На дне её торчало стоймя несколько больших белых камней — казалось, они сползлись туда для тайного совещания. В долине было так глухо и уныло, что сердце у меня сжалось.