Автор описывает Мари как милую, чудесную маленькую девочку и относится к ней с теплотой и симпатией.
Цитаты:
Мари тоже потихоньку отошла: и ей тоже наскучили танцы и гулянье куколок в замке. Только она постаралась сделать это не заметно, не так, как братец Фриц, потому что она была доброй и послушной девочкой.
- Он, милая деточка,— ответил отец,— будет усердно трудиться для всех вас: его дело — аккуратно разгрызать твердые орехи, и куплен он и для Луизы, и для тебя с Фрицем.
Мари разрыдалась и поскорее завернула больного Щелкунчика в носовой платок.
Мари подобрала выпавшие у Щелкунчика зубы; пострадавшую челюсть она подвязала красивой белой ленточкой, которую отколола от своего платья, а потом еще заботливее укутала платком бедного человечка, побледневшего и, видимо, напуганного.
Мари была очень послушной, разумной девочкой, и потому мама могла спокойно оставить со еще на полчасика одну с игрушками.
Рассуждая так, умненькая Мари, наделившая Щелкунчика и его вассалов жизнью и двигаться, была убеждена, что они и в самом деле вот-вот оживут и зашевелятся.
Автор описывает Мари как милую, чудесную маленькую девочку и относится к ней с теплотой и симпатией.
Цитаты:
Мари тоже потихоньку отошла: и ей тоже наскучили танцы и гулянье куколок в замке. Только она постаралась сделать это не заметно, не так, как братец Фриц, потому что она была доброй и послушной девочкой.
- Он, милая деточка,— ответил отец,— будет усердно трудиться для всех вас: его дело — аккуратно разгрызать твердые орехи, и куплен он и для Луизы, и для тебя с Фрицем.
Мари разрыдалась и поскорее завернула больного Щелкунчика в носовой платок.
Мари подобрала выпавшие у Щелкунчика зубы; пострадавшую челюсть она подвязала красивой белой ленточкой, которую отколола от своего платья, а потом еще заботливее укутала платком бедного человечка, побледневшего и, видимо, напуганного.
Мари была очень послушной, разумной девочкой, и потому мама могла спокойно оставить со еще на полчасика одну с игрушками.
Рассуждая так, умненькая Мари, наделившая Щелкунчика и его вассалов жизнью и двигаться, была убеждена, что они и в самом деле вот-вот оживут и зашевелятся.