"Бедная Лиза" начинается с описания Симонова монастыря
и его окрестностей.
Так автор связал настоящее и Москвы с историей
обычного человека.
События разворачиваются в Москве и на природе.
Натура, то есть природа, вслед за рассказчиком пристально
"наблюдает" за историей любви Лизы и Эраста.
Но она остаётся глуха и слепа к переживаниям героини.
Природа не останавливает страсти юноши и девушки
в роковой момент: "ни одной звёздочки не сияло на небе –
никакой луч не мог осветить заблуждения".
Даже напротив-"мрак вечера питал желания".
Непонятное происходит с душой Лизы:" Мне показалось,
что я умираю, что душа моя... Нет, не умею сказать этого!".
Близость Лизы к природе не ей в души:
она словно отдаёт душу Эрасту.
Гроза разражается лишь после-казалось, вся натура
сетовала о потерянной Лизиной невинности".
Лиза пугается грома," как преступница".
Она воспринимает гром как кару.
В момент прощания Лизы с Эрастом природа
по-прежнему прекрасна, величественна, но равнодушна
к героям: "Утренняя заря, как алое море, разливалась по
восточному небу.
"Бедная Лиза" начинается с описания Симонова монастыря
и его окрестностей.
Так автор связал настоящее и Москвы с историей
обычного человека.
События разворачиваются в Москве и на природе.
Натура, то есть природа, вслед за рассказчиком пристально
"наблюдает" за историей любви Лизы и Эраста.
Но она остаётся глуха и слепа к переживаниям героини.
Природа не останавливает страсти юноши и девушки
в роковой момент: "ни одной звёздочки не сияло на небе –
никакой луч не мог осветить заблуждения".
Даже напротив-"мрак вечера питал желания".
Непонятное происходит с душой Лизы:" Мне показалось,
что я умираю, что душа моя... Нет, не умею сказать этого!".
Близость Лизы к природе не ей в души:
она словно отдаёт душу Эрасту.
Гроза разражается лишь после-казалось, вся натура
сетовала о потерянной Лизиной невинности".
Лиза пугается грома," как преступница".
Она воспринимает гром как кару.
В момент прощания Лизы с Эрастом природа
по-прежнему прекрасна, величественна, но равнодушна
к героям: "Утренняя заря, как алое море, разливалась по
восточному небу.