Летом я отдыхал у дедушки в лесничестве. Однажды ехали мы с ним на машине и увидели, как лисёнок вынюхивает что-то на дороге. Заслышав шум мотора, он прыгнул в кусты и притаился. Но потом, видно, одолело его любопытство. Высунул меж кустов мордочку, уши навострил и гадает, что за зверь остановился перед ним.
Мы стали подзывать лисёнка. И что вы думаете, идёт лисёнок к нам! Выбрался из кустов, через канаву переступил, на дорогу вышел. Солидный уже, почти взрослый. Шерсть ярко-рыжая, на груди светлый передничек, на щёчках...
белые подушечки, а лапки – все четыре – в чёрных чулочках. Ну, красавец!
Сел лисёнок перед самой машиной и разглядывает ее. Стали мы с ним разговаривать. Слушает. И, кажется, даже понимает, что ему говорим. Может, и удалось бы лисёнка уговорить с нами поехать, кто знает, но загудел сзади грузовик, и убежал лисёнок. Вот какие встречи бывают на дорогах. Поистине, любопытство страха не ведает.
Летом я отдыхал у дедушки в лесничестве. Однажды ехали мы с ним на машине и увидели, как лисёнок вынюхивает что-то на дороге. Заслышав шум мотора, он прыгнул в кусты и притаился. Но потом, видно, одолело его любопытство. Высунул меж кустов мордочку, уши навострил и гадает, что за зверь остановился перед ним.
Мы стали подзывать лисёнка. И что вы думаете, идёт лисёнок к нам! Выбрался из кустов, через канаву переступил, на дорогу вышел. Солидный уже, почти взрослый. Шерсть ярко-рыжая, на груди светлый передничек, на щёчках...
белые подушечки, а лапки – все четыре – в чёрных чулочках. Ну, красавец!
Сел лисёнок перед самой машиной и разглядывает ее. Стали мы с ним разговаривать. Слушает. И, кажется, даже понимает, что ему говорим. Может, и удалось бы лисёнка уговорить с нами поехать, кто знает, но загудел сзади грузовик, и убежал лисёнок. Вот какие встречи бывают на дорогах. Поистине, любопытство страха не ведает.