Кому, как не русскому барину, должно житься «счастливо, вольготно на Руси»? В своей поэме Некрасов представляет целую галерею образов помещиков, которых он видит глазами крестьян. И истории об их паразитическом образе жизни в недавнем сатирически рассказанные нам поэтом, подводят читателей к неизбежному выводу о том, сто пока существуют сии хозяева, нет и не может быть счастья крестьянину. И многие вовсе не собираются мириться со своим рабским положением, все больше возрастает в народных массах недовольство и гнев. Поэтому вся поэма проникнута ощущением скорой гибели той жизни, которая основана на людском унижении и добровольном холопстве. И именно с сатирического изображения хозяев сей жизни Некрасов стремится это подчеркнуть. Острая авторская ирония неизбежно подвергает осуждению помещичий деспотизм. Даже сами крестьяне у Некрасова откровенно посмеиваются над стремлением барства вернуть свое былое величие. И мы, читая описания помещиков, не можем не усмехнуться вместе с ними.
С наиболее гневным сарказмом поэт создает образ князя Утятина, которого его люди язвительно и пророчески назвали «Последышем». Нельзя не заметить явную издевку над своим барином, часто звучащую в крестьянской речи, а значит и из уст автора: «Мы, барщинные, выросли над рылом у помещика». Действительно, в облике этого выжившего из ума «душевладельца» осталось немного человеческих черт. Некогда властвующий над крестьянскими душами Последыш благодаря мастерскому владению автора разнообразными сатирическими приемами кажется нам вовсе не страшным, а смешным. Утратив былое влияние, Утятин слышит в свой адрес слова, являющиеся приговором всей крепостнической системе:
Последыш ты! По милости Мужицкой нашей глупости Сегодня ты начальствуешь, А завтра мы последышу Пинка – и кончен бал!
С наиболее гневным сарказмом поэт создает образ князя Утятина, которого его люди язвительно и пророчески назвали «Последышем». Нельзя не заметить явную издевку над своим барином, часто звучащую в крестьянской речи, а значит и из уст автора: «Мы, барщинные, выросли над рылом у помещика». Действительно, в облике этого выжившего из ума «душевладельца» осталось немного человеческих черт. Некогда властвующий над крестьянскими душами Последыш благодаря мастерскому владению автора разнообразными сатирическими приемами кажется нам вовсе не страшным, а смешным. Утратив былое влияние, Утятин слышит в свой адрес слова, являющиеся приговором всей крепостнической системе:
Последыш ты! По милости
Мужицкой нашей глупости
Сегодня ты начальствуешь,
А завтра мы последышу
Пинка – и кончен бал!