Гринев, получивший от генерала Р. назначение в Белогорскую крепость, едет на место своей будущей службы. Насколько дорога от Симбирска до Оренбурга была полной бурных переживаний и необыкновенных происшествий, настолько путь от Оренбурга до Белогорской крепости был унылым и однообразным. Если степь до Оренбурга была мятежной и грозной (вспомним буран), то сейчас она предстает затихшей и печальной. "Дорога шла по крутому берегу Яика. Река еще не замерзла, и ее свинцовые волны грустно чернели в однообразных берегах, покрытых белым снегом. За ними простирались киргизские степи". Одно только слово "простирались" позволяет представить огромные, утомительные в своем однообразии пространства за рекой Яиком. Красок мало: белый снег и чернеющие "свинцовые волны". Так в нескольких словах Пушкин передает настроение грустной зимней оренбургской степи. Дорожные размышления молодого путника печальны. Слова генерала Р. – "ты будешь в команде капитана Миронова, доброго и честного человека. Там ты будешь на службе настоящей, научишься дисциплине" – заставили Гринева представить себе будущего начальника строгим, сердитым стариком, не знающим ничего, кроме своей службы. И все-таки Гринев ждет новых впечатлений – ведь он едет в крепость! "Я глядел во все стороны, ожидая увидеть грозные бастионы, башни и вал". Однако вместо грозных бастионов он увидел бревенчатые заборы, вместо башен – скирды сена и скривившуюся мельницу с лубочными, лениво опущенными крыльями. Что же все-таки отдаленно напоминало крепость? Старая чугунная пушка у ворот.
