В этом стихотворении нет слов, обращенных к Богу, нет самобичевания и покаяния. Однако поэт признает, что обычные слова могут обладать целебной силой, очистить душу от тоски. Автор начинает молиться тогда, когда ощущает себя в ловушке собственных мыслей и переживании.
