Сильно сжать текст «евгений онегин» в критике постепенно автор утрачивает близость к онегину и все более сближается с татьяной. и эта перемена глубоко знаменательна. критики увидели ее, но оценили по-разному. в. г. белинский, воздав должное татьяне встать выше предрассудков, не мог ей простить брак без любви, считал, что такие отношения «составляют профанацию чувства и чистоты женственности». он полагал, что татьяна должна была оставить своего мужа, развестись с ним и выйти замуж за онегина. что касается онегина, то, отметив его трагическую зависимость от среды, белинский понял пушкинского героя как тип эпохи и назвал его «эгоистом поневоле», «лишним человеком». д. и. писарев не согласился ни с пушкиным, ни с белинским и нашел, что образ жизни пушкина и образ жизни онегина одинаковы и что никакого общезначимого интереса роман и его герои не несут и нести не могут. взгляды автора и героев никчемны. тип онегина мелок, совершенно бесполезен в жизни и потому не нужен. этот и грубо утилитарный вывод вызвал отпор критиков и писателей. ф. м. достоевский осмыслил онегина чуждым национальному сознанию, европейским «гордецом» и противопоставил ему « душою» смиренную татьяну, увидев в ней воплощение духовного идеала — соборности и православия, гармоническое сочетание нравственной силы и христианского смирения. каждая из этих оценок романа углубляла понимание «евгения онегина», но суживала его смысл и содержание. например, татьяна соотносилась исключительно с миром, а онегин — с европейским. из рассуждений критиков вытекало, что духовность россии всецело зависит от татьяны, нравственный тип которой есть от чуждых духу онегиных. нетрудно, однако, заметить, что для пушкина и татьяна, и онегин одинаково люди наследовать национальные традиции и сочетать их с блеском дворянской, просвещенной западной и общечеловеческой культуры. «евгений онегин» запечатлел духовную красоту пушкина и живую красоту народной жизни, которая была открыта автором гениального романа. столь же велики, как и в лирике, и в лирическом эпосе, достижения пушкина в прозе и драматургии, открывшие новый этап в творчестве писателя.
Критики увидели ее, но оценили по-разному. В. Г. Белинский, воздав должное Татьяне встать выше предрассудков, не мог ей простить брак без любви, считал, что такие отношения «составляют профанацию чувства и чистоты женственности».
Д. И. Писарев не согласился ни с Пушкиным, ни с Белинским и нашел, что образ жизни Пушкина и образ жизни Онегина одинаковы и что никакого общезначимого интереса роман и его герои не несут и нести не могут. Взгляды автора и героев никчемны. Тип Онегина мелок, совершенно бесполезен в русской жизни и потому не нужен. Этот антиисторический и грубо утилитарный вывод вызвал отпор критиков и писателей.
«Евгений Онегин» запечатлел духовную красоту Пушкина и живую красоту русской народной жизни, которая была открыта автором гениального романа.
Столь же велики, как и в лирике, и в лирическом эпосе, достижения Пушкина в прозе и драматургии, открывшие новый этап в творчестве писателя.