Всеволод (?— 17.05.1196)— один из главных героев «Слова о полку Игореве», князь трубчевский и курский, сын Святослава Ольговича Черниговского, родной брат Игоря Святославича Новгород-Северского. В. также назван в «Слове» «соколом» из «Олегова хороброго гнезда». В. пошел с Игорем в поход, так как никому не прощал обид: ни половецким ханам, ни своему дяде Святославу, «кречету» — великому князю киевскому. Судя по рассказу о Каяльском сражении, В. более, чем кто-либо из Ольговичей, заслуживает эпитета «хоробрый». Однако авторская оценка В. двойственна. Автор «Слова» со всей силой своего таланта воспевает мужество В. в рукопашной схватке, его упоение боем, громадную физическую силу, меткость глаза, отвагу, с которой он, «посвечивая золотым шеломом», бросается в самую гущу сечи. Богатырская мощь В., равная силе нескольких воинов, возрастает еще от поистине бесстрашного самозабвения, с которым он ведет битву и сам участвует в ней. Вместе с тем Автор с болью в сердце, с проникновенным лиризмом искреннего сострадания к рядовым воинам-русичам, к семьям русских воинов и к семье самого В. упрекает В.-полководца за забвение интересов народа и доблестных традиций отцов. По мнению Автора, честь князей измеряется не столько их личной отвагой в бою, сколько их полководческим искусством, верным стратегическим замыслом. Но В. в слепой ярости, подобный дикому туру, «забыл честь и жизнь, град Чернигов и престол златоотчий, любовь и ласку милой жены, прекрасной Глебовны!». После разгрома Игоревых полков оказалось, что братья без славы и без чести вражью кровь проливали. В. разделяет вместе с князем Игорем всю ответственность за каяльскую трагедию и ее тяжелые последствия для Руси: за разбойный набег Кончака и Гзака, за усиление раздоров меж русскими князьями, за ободрение врагов Руси и усиление их притязаний и, наконец, за пробуждение к активной деятельности злых духов мести и разбоя — Обиды и Лжи. Истоки безрассудства и междоусобной политики В., как и Игоря, Автор видит в их воспитании в духе «гориславной» традиции — в их родовой, вовсе не христианской гордыне, в их жажде славы и власти даже ценой принесения в жертву интересов Руси своим личным, удельным интересам.
Судя по рассказу о Каяльском сражении, В. более, чем кто-либо из Ольговичей, заслуживает эпитета «хоробрый». Однако авторская оценка В. двойственна. Автор «Слова» со всей силой своего таланта воспевает мужество В. в рукопашной схватке, его упоение боем, громадную физическую силу, меткость глаза, отвагу, с которой он, «посвечивая золотым шеломом», бросается в самую гущу сечи. Богатырская мощь В., равная силе нескольких воинов, возрастает еще от поистине бесстрашного самозабвения, с которым он ведет битву и сам участвует в ней.
Вместе с тем Автор с болью в сердце, с проникновенным лиризмом искреннего сострадания к рядовым воинам-русичам, к семьям русских воинов и к семье самого В. упрекает В.-полководца за забвение интересов народа и доблестных традиций отцов. По мнению Автора, честь князей измеряется не столько их личной отвагой в бою, сколько их полководческим искусством, верным стратегическим замыслом. Но В. в слепой ярости, подобный дикому туру, «забыл честь и жизнь, град Чернигов и престол златоотчий, любовь и ласку милой жены, прекрасной Глебовны!». После разгрома Игоревых полков оказалось, что братья без славы и без чести вражью кровь проливали. В. разделяет вместе с князем Игорем всю ответственность за каяльскую трагедию и ее тяжелые последствия для Руси: за разбойный набег Кончака и Гзака, за усиление раздоров меж русскими князьями, за ободрение врагов Руси и усиление их притязаний и, наконец, за пробуждение к активной деятельности злых духов мести и разбоя — Обиды и Лжи. Истоки безрассудства и междоусобной политики В., как и Игоря, Автор видит в их воспитании в духе «гориславной» традиции — в их родовой, вовсе не христианской гордыне, в их жажде славы и власти даже ценой принесения в жертву интересов Руси своим личным, удельным интересам.