Будучи зимой в России, барон заснул прямо в открытом поле, привязав коня к маленькому столбику. Проснувшись, М. увидел, что находится посреди городка, а конь привязан к кресту на колокольне — за ночь снег, полностью занёсший город, растаял, и маленький столбик оказался заснеженной макушкой колокольни. Прострелив уздечку пополам, барон спустил коня. Путешествуя уже не верхом, а в санях, барон встретил волка. От страха М. упал на дно саней и закрыл глаза. Волк перепрыгнул пассажира и сожрал заднюю часть лошади. Под ударами кнута зверь рванулся вперёд, выдавил переднюю часть лошади и впрягся в сбрую. Уже через три часа М. вкатил в Петербург на санях, в которые был запряжён свирепый волк.Увидев на пруду возле дома стаю диких уток, барон бросился с ружьём из дома. М. ударился головой о дверь — из глаз посыпались искры. Уже прицелившись в утку, барон понял, что не захватил с собой кремень, но это его не остановило: он поджёг порох искрами из собственного глаза, ударив его кулаком. Не растерялся М. и во время другой охоты, когда набрёл на озеро, полное уток, когда пуль у него уже не было: барон нанизал уток на бечёвку, приманив птиц кусочком скользкого сала. Утиные «бусы» взлетели и донесли охотника до самого дома; свернув паре уток шеи, барон целым и невредимым спустился в трубу собственной кухни. Отсутствие пуль не испортило и следующую охоту: М. зарядил ружье шомполом и нанизал на него 7 куропаток одним выстрелом, причём птицы тут же изжарились на горячем пруте. Дабы не испортить шкурку великолепной лисицы, барон выстрелил в неё длинной иглой. Пригвоздив зверя к дереву, М. стал хлестать ее плёткой так сильно, что лиса выскочила из своей шубки и убежала голышом.А выстрелив в свинью, гуляющую по лесу с сыном, барон отстрелил поросячий хвостик. Слепая свинья не могла идти дальше, лишившись своего поводыря (она держалась за хвост детёныша, который и вёл ее по тропкам); М. взялся за хвостик и завёл свинью прямо к себе на кухню. Вскоре туда же отправился и кабан: погнавшись за М., кабан застрял клыками в дереве; барону осталось только связать его и отвести домой. В другой раз М. зарядил ружье вишнёвой косточкой, не желая упустить красавца-оленя — правда, зверь все равно убежал.
Будучи зимой в России, барон заснул прямо в открытом поле, привязав коня к маленькому столбику. Проснувшись, М. увидел, что находится посреди городка, а конь привязан к кресту на колокольне — за ночь снег, полностью занёсший город, растаял, и маленький столбик оказался заснеженной макушкой колокольни. Прострелив уздечку пополам, барон спустил коня. Путешествуя уже не верхом, а в санях, барон встретил волка. От страха М. упал на дно саней и закрыл глаза. Волк перепрыгнул пассажира и сожрал заднюю часть лошади. Под ударами кнута зверь рванулся вперёд, выдавил переднюю часть лошади и впрягся в сбрую. Уже через три часа М. вкатил в Петербург на санях, в которые был запряжён свирепый волк.Увидев на пруду возле дома стаю диких уток, барон бросился с ружьём из дома. М. ударился головой о дверь — из глаз посыпались искры. Уже прицелившись в утку, барон понял, что не захватил с собой кремень, но это его не остановило: он поджёг порох искрами из собственного глаза, ударив его кулаком. Не растерялся М. и во время другой охоты, когда набрёл на озеро, полное уток, когда пуль у него уже не было: барон нанизал уток на бечёвку, приманив птиц кусочком скользкого сала. Утиные «бусы» взлетели и донесли охотника до самого дома; свернув паре уток шеи, барон целым и невредимым спустился в трубу собственной кухни. Отсутствие пуль не испортило и следующую охоту: М. зарядил ружье шомполом и нанизал на него 7 куропаток одним выстрелом, причём птицы тут же изжарились на горячем пруте. Дабы не испортить шкурку великолепной лисицы, барон выстрелил в неё длинной иглой. Пригвоздив зверя к дереву, М. стал хлестать ее плёткой так сильно, что лиса выскочила из своей шубки и убежала голышом.А выстрелив в свинью, гуляющую по лесу с сыном, барон отстрелил поросячий хвостик. Слепая свинья не могла идти дальше, лишившись своего поводыря (она держалась за хвост детёныша, который и вёл ее по тропкам); М. взялся за хвостик и завёл свинью прямо к себе на кухню. Вскоре туда же отправился и кабан: погнавшись за М., кабан застрял клыками в дереве; барону осталось только связать его и отвести домой. В другой раз М. зарядил ружье вишнёвой косточкой, не желая упустить красавца-оленя — правда, зверь все равно убежал.