Толстой рисует войну как безумие, заставляющее усомнить-ся в разуме людей. В " Севастопольских рассказах" есть поразительная сцена. Объявлено перемирие, чтобы убрать трупы. Солдаты воюющих между собой армий «с жадным и благосклонным любопытством стремятся одни к дру-гим» . Завязываются беседы, слышатся шутки, смех. А между тем десятилетний ребенок бродит среди убитых, собирая голубые цветы. И вдруг с тупым любопытством он останавливается перед обезглавленным трупом, разглядывает его и в ужасе бежит прочь. «И эти люди -- христиане... --восклицает автор, -- не упадут с раскаянием вдруг на колени.. . не обнимутся, как братья? Нет! Белые тряпки спрятаны, и снова свистят орудия смерти и страда-ний, снова льется честная, невинная кровь и слышатся стоны и проклятия» . Толстой судит о войне с нравственной точки зрения. Он обнажает ее влияние на человеческую мораль. Наполеон ради своего честолюбия губит миллионы, а какой-нибудь прапорщик Петруш-ков, этот «маленький Наполеон, маленький изверг, сейчас готов затеять сражение, убить человек сотню для того только, чтобы получить лишнюю звездочку или треть жалованья».
В " Севастопольских рассказах" есть поразительная сцена. Объявлено перемирие, чтобы убрать трупы. Солдаты воюющих между собой армий «с жадным и благосклонным любопытством стремятся одни к дру-гим» . Завязываются беседы, слышатся шутки, смех. А между тем десятилетний ребенок бродит среди убитых, собирая голубые цветы. И вдруг с тупым любопытством он останавливается перед обезглавленным трупом, разглядывает его и в ужасе бежит прочь.
«И эти люди -- христиане... --восклицает автор, -- не упадут с раскаянием вдруг на колени.. . не обнимутся, как братья? Нет! Белые тряпки спрятаны, и снова свистят орудия смерти и страда-ний, снова льется честная, невинная кровь и слышатся стоны и проклятия» .
Толстой судит о войне с нравственной точки зрения. Он обнажает ее влияние на человеческую мораль. Наполеон ради своего честолюбия губит миллионы, а какой-нибудь прапорщик Петруш-ков, этот «маленький Наполеон, маленький изверг, сейчас готов затеять сражение, убить человек сотню для того только, чтобы получить лишнюю звездочку или треть жалованья».