В двух планах, романтическом и реальном, дана картина битвы Мцыри с барсом. В ней и героика борьбы, «упоение в бою» , в ней и великий трагизм двух сильных, смелых, благородных существ, почему-то вынужденных проливать кровь друг друга. И с уважением говорит Мцыри о своём достойном противнике: Но с торжествующим врагом Он встретил смерть лицом к лицу, Как в битве следует бойцу!. .
Но сцена битвы и вполне конкретна, как картина битвы горца, в котором заговорила кровь его отцов. Ведь Мцыри сын своего отважного народа. Он в детстве никогда не плакал. И такие рукопашные схватки были приняты среди хевсуров. Они носили на большом пальце железные кольца с зубцами, нанося в драке удары, не уступающие кинжальным. А рогатый сук, который схватил Мцыри, так же был, вероятно, орудием драк горских подростков. И Мцыри бился с барсом, как было принято драться в его ауле. Он был достоин своих сородичей-храбрецов.
Но нынче я уверен в том, Что быть бы мог в краю отцов Не из последних удальцов, - слова, которые могут быть восприняты в прямом смысле, могут и переосмысливаться в плане высокой романтики. Они могут быть поняты как оправдание поколению, выросшему в николаевской империи, поколению, о котором размышлял Лермонтов в «Думе» и которому бросал устами участника сражения упрёк в «Бородине» : – Да, были люди в наше время, Не то, что нынешнее племя: Богатыри – не вы!
На этот упрёк современник Лермонтова отвечал словами Мцыри: На мне печать свою тюрьма Оставила…
В других исторических условиях и он бы мог стать героем. Но вот барсов в Грузии не было. На Кавказе эти сильные звери водились редко и встречались только в Абхазии. Барс был нужен Лермонтову для развития действия поэмы, для того, чтобы раскрыть до конца образ его героя. Для поэтического мира Лермонтова барс был необходим как достойный противник юноше, наделенному «могучим духом» , чтобы показать отвагу Мцыри.
Но с торжествующим врагом
Он встретил смерть лицом к лицу,
Как в битве следует бойцу!. .
Но сцена битвы и вполне конкретна, как картина битвы горца, в котором заговорила кровь его отцов. Ведь Мцыри сын своего отважного народа. Он в детстве никогда не плакал. И такие рукопашные схватки были приняты среди хевсуров. Они носили на большом пальце железные кольца с зубцами, нанося в драке удары, не уступающие кинжальным. А рогатый сук, который схватил Мцыри, так же был, вероятно, орудием драк горских подростков. И Мцыри бился с барсом, как было принято драться в его ауле. Он был достоин своих сородичей-храбрецов.
Но нынче я уверен в том,
Что быть бы мог в краю отцов
Не из последних удальцов, -
слова, которые могут быть восприняты в прямом смысле, могут и переосмысливаться в плане высокой романтики. Они могут быть поняты как оправдание поколению, выросшему в николаевской империи, поколению, о котором размышлял Лермонтов в «Думе» и которому бросал устами участника сражения упрёк в «Бородине» :
– Да, были люди в наше время,
Не то, что нынешнее племя:
Богатыри – не вы!
На этот упрёк современник Лермонтова отвечал словами Мцыри:
На мне печать свою тюрьма
Оставила…
В других исторических условиях и он бы мог стать героем. Но вот барсов в Грузии не было. На Кавказе эти сильные звери водились редко и встречались только в Абхазии. Барс был нужен Лермонтову для развития действия поэмы, для того, чтобы раскрыть до конца образ его героя. Для поэтического мира Лермонтова барс был необходим как достойный противник юноше, наделенному «могучим духом» , чтобы показать отвагу Мцыри.