Деревья складками коры мне говорят об ураганах, и я их сообщений странных не в силах слышать средь нежданных невзгод, в скитаньях постоянных, один, без друга и сестры.
Сквозь рощу рвется непогода, сквозь изгороди и дома, и вновь без возраста природа, и дни и вещи обихода, и даль пространств - как стих псалма.
Как мелки с жизнью наши споры, как крупно то, что против нас. Когда б мы поддались напору стихии, ищущей простора, мы выросли бы во сто раз.
Все, что мы побеждаем, - малость, нас унижает наш успех. Необычайность, небывалость зовет борцов совсем не тех.
Так ангел Ветхого завета нашел соперника под стать, как арфу он сжимал атлета, которого любая жила струною ангелу служила, чтоб схваткой гимн на нем сыграть.
Кого тот ангел победил, тот правым, не гордясь собою, выходит из такого боя в сознанье и расцвете сил. Не станет он искать побед. Он ждет, чтоб высшее начало его все чаще побеждало, чтобы расти ему в ответ.
мне говорят об ураганах,
и я их сообщений странных
не в силах слышать средь нежданных
невзгод, в скитаньях постоянных,
один, без друга и сестры.
Сквозь рощу рвется непогода,
сквозь изгороди и дома,
и вновь без возраста природа,
и дни и вещи обихода,
и даль пространств - как стих псалма.
Как мелки с жизнью наши споры,
как крупно то, что против нас.
Когда б мы поддались напору
стихии, ищущей простора,
мы выросли бы во сто раз.
Все, что мы побеждаем, - малость,
нас унижает наш успех.
Необычайность, небывалость
зовет борцов совсем не тех.
Так ангел Ветхого завета
нашел соперника под стать,
как арфу он сжимал атлета,
которого любая жила
струною ангелу служила,
чтоб схваткой гимн на нем сыграть.
Кого тот ангел победил,
тот правым, не гордясь собою,
выходит из такого боя
в сознанье и расцвете сил.
Не станет он искать побед.
Он ждет, чтоб высшее начало
его все чаще побеждало,
чтобы расти ему в ответ.