Ещё два произведения из цикла «Повести Белкина» - оставили необыкновенное впечатление. Конечно, все мы помним их по школьной программе, однако сейчас они могут восприниматься уже несколько иначе. А.С. Пушкин – непревзойдённый мастер своего дела из простой, казалось бы, истории создать удивительный сюжет с яркими и запоминающимися образами, глубокими чувствами и неожиданными перевоплощениями. Именно этот внезапный поворот сюжета, часто сопоставимый со сказкой, и придаёт повестям Пушкина очарование. Знала ли Марья Гавриловна из «Метели» кем в действительности приходится раненный Бурмин и что за тайна заставила её Владимира искать на войне смерти? Что скрывает о своей дуэли Сильвио (Выстрел»)? Интересно, что эпизод дуэли с «пьяным сумасбродом Р..» напоминает дуэль самого Пушкина с офицером Зубовым в 1822 г. в Кишинёве. Писатель явился на дуэль с черешнями и ел их, ожидая выстрела Зубова, которому выпало стрелять первым. Зубов тогда промахнулся, а Пашкин стрелять не стал. Сам А.С. Пушкин с некоторой лёгкостью относился к «Повестям Белкина», считая их появление определённой данью моде. Почему в большинстве из них видна схематичность сюжета. Часто они напоминают наброски к роману, нежели оконченное произведение. К тому же в каждом из пяти произведений преобладает описательность сюжета. Сами современники Пушкина, тот же В. Белинский, относились к этому циклу весьма скептически: «Эти повести были недостойны ни таланта, ни имени Пушкина. Это что-то в роде повестей Карамзина, с той только разницей, что повести Карамзина имели для своего времени великое значение, а повести Белкина были ниже своего времени». Впрочем, ничто из этого ничуть не унимает действительных достоинств сих повестей, которые лично мне кажутся весьма удачными и как нельзя лучше иллюстрируют всё творчество великого классика. Остаётся только сокрушаться почему эти две повести классика русской литературы до сих пор не получили достойной экранизации, как это было с «Барышней-крестьянкой» из тех же «Повестей покойного Ивана Петровича Белкина».
А.С. Пушкин – непревзойдённый мастер своего дела из простой, казалось бы, истории создать удивительный сюжет с яркими и запоминающимися образами, глубокими чувствами и неожиданными перевоплощениями. Именно этот внезапный поворот сюжета, часто сопоставимый со сказкой, и придаёт повестям Пушкина очарование. Знала ли Марья Гавриловна из «Метели» кем в действительности приходится раненный Бурмин и что за тайна заставила её Владимира искать на войне смерти? Что скрывает о своей дуэли Сильвио (Выстрел»)?
Интересно, что эпизод дуэли с «пьяным сумасбродом Р..» напоминает дуэль самого Пушкина с офицером Зубовым в 1822 г. в Кишинёве. Писатель явился на дуэль с черешнями и ел их, ожидая выстрела Зубова, которому выпало стрелять первым. Зубов тогда промахнулся, а Пашкин стрелять не стал.
Сам А.С. Пушкин с некоторой лёгкостью относился к «Повестям Белкина», считая их появление определённой данью моде. Почему в большинстве из них видна схематичность сюжета. Часто они напоминают наброски к роману, нежели оконченное произведение. К тому же в каждом из пяти произведений преобладает описательность сюжета. Сами современники Пушкина, тот же В. Белинский, относились к этому циклу весьма скептически: «Эти повести были недостойны ни таланта, ни имени Пушкина. Это что-то в роде повестей Карамзина, с той только разницей, что повести Карамзина имели для своего времени великое значение, а повести Белкина были ниже своего времени». Впрочем, ничто из этого ничуть не унимает действительных достоинств сих повестей, которые лично мне кажутся весьма удачными и как нельзя лучше иллюстрируют всё творчество великого классика.
Остаётся только сокрушаться почему эти две повести классика русской литературы до сих пор не получили достойной экранизации, как это было с «Барышней-крестьянкой» из тех же «Повестей покойного Ивана Петровича Белкина».