После слов услышанных от купца Калашникова, Кирибееч испугался: "А родился я от чеснова отца, И жил я по закону Господнему: Не позорил я чужой жены, Не разбойничал ночью темною, Не таился от свету небесного." И не зря от этих слов "Кирибеевич побледнел в лице, как осенний снег", потому что понял: не будет ему пощады и прощения за злодеяние. Заслуженная смерть настигла Кирибеевича, посягнувшего на самое святое.
