Город поражал писателями картинами глубоких общественных противоречий и трагических социальных контрастов. За внешним блеском Петербурга писатель все отчетливее различал бездушие и хищническую бесчеловечность города-спрута, губящего живые души маленьких, бедных людей, обитателей чердаков и подвалов. Беспечная праздность — основная черта этой улицы. Повесть начинается с восторженного гимна Невскому проспекту: «Нет ничего лучше Невского проспекта» . Но чем дальше, тем отчетливее звучат сатирические ноты в этом праздничном описании ложно-призрачного столичного великолепия. Этот сатирический тон не покидает рассказчика даже в самых приподнято-лирических описаниях вечернего Петербурга.
Повесть начинается с восторженного гимна Невскому проспекту: «Нет ничего лучше Невского проспекта» . Но чем дальше, тем отчетливее звучат сатирические ноты в этом праздничном описании ложно-призрачного столичного великолепия. Этот сатирический тон не покидает рассказчика даже в самых приподнято-лирических описаниях вечернего Петербурга.