Суворин: Раскольников "не тип, не воплощение какого-либо направления, какого-либо склада мыслей, усвоенного множеством, а больной человек", "нервная, повихнувшаяся натура". Он был уверен, что наиболее верное суждение о Раскольникове может дать скорее психиатрия, нежели литературная критика.
Страхов. Главная сила Достоевского, утверждал он, не в типах, а, как в старой комедии нравов, "в изображении положений, в умении глубоко схватывать отдельные движения и потрясения человеческой души". Н. Страхов не заметил трагических судеб героев Достоевского и дал отвлеченное толкование романа, рассматривая его как "глубочайшее извращение нравственного понимания и затем возвращение души к истинно человеческим чувствам и понятиям. Писарев увидел в авторе романа крупного писателя - реалиста. Подходя к "Преступлению и наказанию" с позиций "реальной критики"
Д.И. Писарев первым понял и показал социальное значение романа как реалистически верное воспроизведение некоторых "бедственных обстоятельств" русской жизни 60-х годов.
Страхов. Главная сила Достоевского, утверждал он, не в типах, а, как в старой комедии нравов, "в изображении положений, в умении глубоко схватывать отдельные движения и потрясения человеческой души". Н. Страхов не заметил трагических судеб героев Достоевского и дал отвлеченное толкование романа, рассматривая его как "глубочайшее извращение нравственного понимания и затем возвращение души к истинно человеческим чувствам и понятиям.
Писарев увидел в авторе романа крупного писателя - реалиста. Подходя к "Преступлению и наказанию" с позиций "реальной критики"
Д.И. Писарев первым понял и показал социальное значение романа как реалистически верное воспроизведение некоторых "бедственных обстоятельств" русской жизни 60-х годов.