В рассказе “Юшка” А. П. Платонов передает особенности речи населения провинциального городка. Несмотря на обилие разговорных элементов, речь главного героя отличается по тематике, интонации, эмоциональности от партий остальных персонажей. Юшка почти всегда говорит о любви, даже когда является объектом человеческой глупости и жестокости. Детей, которые смеялись над ним, толкали, мучили, Юшка называет “маленькими”, “родными”. На ярость пьяных взрослых старается не отвечать вообще. Рассуждения Юшки полны милосердия и сострадания к неразумным людям: “Меня, Даша, народ любит!”; “Он меня без понятия любит… Сердце в людях
бывает слепое”. Только один раз решается Юшка дать отпор человеческой жестокости: “А чего я тебе, чем я вам мешаю!.. Я жить родителями поставлен, я по закону родился, я тоже всему свету нужен, как и ты, без меня тоже, значит, нельзя!..”
Люди мало общаются с Юшкой, а если и говорят с ним о чем-то, то единственно с целью доказать неправомерность его существования на белом свете. Например, хозяйская дочь, которая не раз подымала лежащего в пыли, избитого Юшку, уводила домой, могла довольно жестоко заявить о никчемности его существования: “Лучше бы ты умер, Юшка”. Агрессией и ненавистью ко всему живому проникнуты слова убийцы Юшки: “Чего ты землю нашу топчешь, божье чучело! Хоть бы ты помер, что ли, может, веселее бы стало без тебя, а то я боюсь соскучиться!..” Пьяное веселье прохожего, неожиданно получившего отпор от слабой жертвы, мгновенно сменяется злобой. Злоба выплескивается на невиновного, а взамен приходит равнодушие: “Отдохни, — сказал прохожий и ушел домой пить чай”. Трудно определить, что наиболее страшным оказалось в данной ситуации: человеческая злоба или человеческое равнодушие.
В рассказе “Юшка” А. П. Платонов передает особенности речи населения провинциального городка. Несмотря на обилие разговорных элементов, речь главного героя отличается по тематике, интонации, эмоциональности от партий остальных персонажей. Юшка почти всегда говорит о любви, даже когда является объектом человеческой глупости и жестокости. Детей, которые смеялись над ним, толкали, мучили, Юшка называет “маленькими”, “родными”. На ярость пьяных взрослых старается не отвечать вообще. Рассуждения Юшки полны милосердия и сострадания к неразумным людям: “Меня, Даша, народ любит!”; “Он меня без понятия любит… Сердце в людях
бывает слепое”. Только один раз решается Юшка дать отпор человеческой жестокости: “А чего я тебе, чем я вам мешаю!.. Я жить родителями поставлен, я по закону родился, я тоже всему свету нужен, как и ты, без меня тоже, значит, нельзя!..”
Люди мало общаются с Юшкой, а если и говорят с ним о чем-то, то единственно с целью доказать неправомерность его существования на белом свете. Например, хозяйская дочь, которая не раз подымала лежащего в пыли, избитого Юшку, уводила домой, могла довольно жестоко заявить о никчемности его существования: “Лучше бы ты умер, Юшка”. Агрессией и ненавистью ко всему живому проникнуты слова убийцы Юшки: “Чего ты землю нашу топчешь, божье чучело! Хоть бы ты помер, что ли, может, веселее бы стало без тебя, а то я боюсь соскучиться!..” Пьяное веселье прохожего, неожиданно получившего отпор от слабой жертвы, мгновенно сменяется злобой. Злоба выплескивается на невиновного, а взамен приходит равнодушие: “Отдохни, — сказал прохожий и ушел домой пить чай”. Трудно определить, что наиболее страшным оказалось в данной ситуации: человеческая злоба или человеческое равнодушие.