Мальчик Федя Рыбкин любил смешить весь класс, это было даже привычкой. Один раз он подрался с Гришей Копейкиным из-за флакончика туши. И нечаянно одна капля попала на лоб Феде. Он вначале рассердился, но когда увидел, что все ребята смеются решил, что эта клякса на лбу даже к лучшему.
Начался урок, а Федя специально еще больше намазался тушью. Ребята покатывались со смеху. Когда учительница заметила, что Федя сделал, то сказала ему, что тушь химическая, ядовитая и от нее будут волдыри и язвочки. Федя испугался и весь урок тер лицо то промокашкой, то платком, но ничего не Он испугался и поднял руку, чтобы выйти умыться, но учительница его не отпустила. Феде уже начало казаться, что лицо уже начинает чесаться, но учительница сказала: «Ничего. Пусть почешется. Зато в другой раз не станешь мазать лицо чем попало».
Федя сидел как на иголках и все время хватался за лицо. На переменке Федя побежал умываться. Всю перемену тер лицо мылом. Потом всю неделю Федя ходил серьезный: все ждал, что на лице волдыри вскочат. Но волдыри так и не вскочили, а за эту неделю Федя даже разучился на уроках смеяться. Теперь смеется только на переменках, да и то не всегда.
Клякса
Мальчик Федя Рыбкин любил смешить весь класс, это было даже привычкой. Один раз он подрался с Гришей Копейкиным из-за флакончика туши. И нечаянно одна капля попала на лоб Феде. Он вначале рассердился, но когда увидел, что все ребята смеются решил, что эта клякса на лбу даже к лучшему.
Начался урок, а Федя специально еще больше намазался тушью. Ребята покатывались со смеху. Когда учительница заметила, что Федя сделал, то сказала ему, что тушь химическая, ядовитая и от нее будут волдыри и язвочки. Федя испугался и весь урок тер лицо то промокашкой, то платком, но ничего не Он испугался и поднял руку, чтобы выйти умыться, но учительница его не отпустила. Феде уже начало казаться, что лицо уже начинает чесаться, но учительница сказала: «Ничего. Пусть почешется. Зато в другой раз не станешь мазать лицо чем попало».
Федя сидел как на иголках и все время хватался за лицо. На переменке Федя побежал умываться. Всю перемену тер лицо мылом. Потом всю неделю Федя ходил серьезный: все ждал, что на лице волдыри вскочат. Но волдыри так и не вскочили, а за эту неделю Федя даже разучился на уроках смеяться. Теперь смеется только на переменках, да и то не всегда.