Гениальный человек-главный герой произведения, потерял во время революции и гражданской войны все, что ему было дорого. Но главное-он потерял свою жену и только что рожденного ребенка. Видимо женщина не выдержала лишений, которые сопутствуют войнам: голода, болезней, ужасов смерти. И видимо, она умерла сразу после родов, а с ней умер и ребенок.
Художник от горя потерял рассудок. Он эмигрировал за границу, но затем вернулся в канун сочельника в Россию. Его воспаленное воображение стремилось отразить на холсте рождение Христа, как аллегорию рождения его ребенка. В образе Мадонны он хотел запечатлеть свою жену.
Но ему не удалось нарисовать светлую картину, несмотря на то, что вся комната была залита светом свечей. Вместо этого он нарисовал распятие и "... Смерть, в доспехах и зубчатой короне, оскалив свою гробную челюсть, с разбегу подавшись вперед, глубоко всадила под сердце распятого железный трезубец. Низ же картины являл беспорядочную груду мертвых - и свалку, грызню, драку живых, смешение нагих тел, рук и лиц. И лица эти, ощеренные, клыкастые, с глазами, выкатившимися из орбит, были столь мерзостны и грубы, столь искажены ненавистью, злобой, сладострастием братоубийства, что их можно было признать скорее за лица скотов, зверей, дьяволов, но никак не за человеческие. "
Ужасы войны оставили неизгладимое впечатление в расстроенном рассудке художника. Потеря близких еще более усугубила его болезнь. И все это он изобразил в своем рисунке.
Гениальный человек-главный герой произведения, потерял во время революции и гражданской войны все, что ему было дорого. Но главное-он потерял свою жену и только что рожденного ребенка. Видимо женщина не выдержала лишений, которые сопутствуют войнам: голода, болезней, ужасов смерти. И видимо, она умерла сразу после родов, а с ней умер и ребенок.
Художник от горя потерял рассудок. Он эмигрировал за границу, но затем вернулся в канун сочельника в Россию. Его воспаленное воображение стремилось отразить на холсте рождение Христа, как аллегорию рождения его ребенка. В образе Мадонны он хотел запечатлеть свою жену.
Но ему не удалось нарисовать светлую картину, несмотря на то, что вся комната была залита светом свечей. Вместо этого он нарисовал распятие и "... Смерть, в доспехах и зубчатой короне, оскалив свою гробную челюсть, с разбегу подавшись вперед, глубоко всадила под сердце распятого железный трезубец. Низ же картины являл беспорядочную груду мертвых - и свалку, грызню, драку живых, смешение нагих тел, рук и лиц. И лица эти, ощеренные, клыкастые, с глазами, выкатившимися из орбит, были столь мерзостны и грубы, столь искажены ненавистью, злобой, сладострастием братоубийства, что их можно было признать скорее за лица скотов, зверей, дьяволов, но никак не за человеческие. "
Ужасы войны оставили неизгладимое впечатление в расстроенном рассудке художника. Потеря близких еще более усугубила его болезнь. И все это он изобразил в своем рисунке.