Стихотворение «Золотая осень» было написано в 1956 году, уже в достаточно зрелом возрасте. На первый взгляд, название не радует своей оригинальностью, ведь так издавна принято было называть начальный период осени. Однако при этом постоянный эпитет «золотая», как правило, сопровождающий слово «осень», создает в воображении каждого читателя свой неповторимый образ.
У Пастернака же первые строчки стихотворения передают ощущение сказки:
Осень. Сказочный чертог,
Всем открытый для обзора.
А название «Золотая осень» все-таки будет напоминать о себе почти в каждом четверостишии то «позолотой небывалой», то «золотым обручем» липы или «золочеными рамами» из кленов. Такое обилие золота не кажется излишним, ведь образ создается каждый раз по-новому. Осень у Пастернака многолика: то это выставочные залы картин, то молодые новобрачные — липа в венце и береза «под фатой подвенечной и прозрачной».
Последующие три четверостишия с анафоры где как будто завершают знакомство с золотой осенью, проводя читателя по заключительным залам экспозиции. Именно здесь появляются такие приметы, которые сложно найти еще у кого-то их русских поэтов. Например, сентябрьский закат «на коре оставляет след янтарный».
А еще именно в сентябре массово опадают листья, и пока их не прихватило морозами, пока не засыпало первым снегом, они шуршат, выполняя роль своеобразной сигнализации. Поэтому и пишет поэт, что «нельзя ступить в овраг, чтоб не стало всем известно», ведь там «бушует, что ни шаг, под ногами лист древесный».
И вдруг в самом конце стихотворения возникает неожиданная метафора:
Стихотворение «Золотая осень» было написано в 1956 году, уже в достаточно зрелом возрасте. На первый взгляд, название не радует своей оригинальностью, ведь так издавна принято было называть начальный период осени. Однако при этом постоянный эпитет «золотая», как правило, сопровождающий слово «осень», создает в воображении каждого читателя свой неповторимый образ.
У Пастернака же первые строчки стихотворения передают ощущение сказки:
Осень. Сказочный чертог,
Всем открытый для обзора.
А название «Золотая осень» все-таки будет напоминать о себе почти в каждом четверостишии то «позолотой небывалой», то «золотым обручем» липы или «золочеными рамами» из кленов. Такое обилие золота не кажется излишним, ведь образ создается каждый раз по-новому. Осень у Пастернака многолика: то это выставочные залы картин, то молодые новобрачные — липа в венце и береза «под фатой подвенечной и прозрачной».
Последующие три четверостишия с анафоры где как будто завершают знакомство с золотой осенью, проводя читателя по заключительным залам экспозиции. Именно здесь появляются такие приметы, которые сложно найти еще у кого-то их русских поэтов. Например, сентябрьский закат «на коре оставляет след янтарный».
А еще именно в сентябре массово опадают листья, и пока их не прихватило морозами, пока не засыпало первым снегом, они шуршат, выполняя роль своеобразной сигнализации. Поэтому и пишет поэт, что «нельзя ступить в овраг, чтоб не стало всем известно», ведь там «бушует, что ни шаг, под ногами лист древесный».
И вдруг в самом конце стихотворения возникает неожиданная метафора:
И зари вишневый клей
Застывает в виде сгустка.
Объяснение: